Ларец Шкая. Мистический детектив

Вилен отчетливо расслышал, как шум деревьев постепенно переходит в человеческий шепот: «Мы стражники времени, Путник, и мы охраняем границу, разделяющую твой гибнущий мирок и наше вечное…» Вилен тряхнул головой и сказал вслух:

– Что за чертовщина, деревья не могут говорить, это всего лишь ветер!

– Ну почему же не могут? – услышал он за спиной чей-то трескучий, как горящий хворост, голос. – Могут, Путник, могут. Тебе это не послышалось вовсе.

У Вилена все внутри похолодело. Он медленно обернулся на голос. Глаза уже почти полностью привыкли к темноте ночного леса, и он увидел стоящего перед собой невысокого худого человека в одежде, больше напоминающей рубище.

Его глаза были слегка прищурены и неестественно переливались зеленым цветом. Слабый свет луны словно вуалью покрывал его худое, скуластое, безо всякой растительности лицо. Лысая голова, чуть заостренные уши, немного вздернутый нос. В кромешной тьме это выглядело зловеще. Вилен был не робкого десятка, неплохо боксировал и при необходимости мог постоять за себя, но его руки и ноги предательски онемели.

– Не надо так волноваться, Путник. Для этого нет никаких причин, – продолжал «скрипеть» невысокий человек, – никто тебя здесь не обидит. Ты же никого не обидел и тебя никто не обидит. Здесь у нас все по справедливости.

«Тебя здесь никто не обидит», – эхом отозвался лес.

– Вот видишь, – подтвердил человек в рубище.

Несмотря на зеленый свет его глаз и скрипучий голос, Вилен где-то внутри почувствовал, что от этого маленького человека не исходит никакой угрозы.

– Вот так-то лучше, – словно читая его мысли, улыбнулся незнакомец.

– Кто вы? – немного освоившись, наконец решился спросить Вилен.

– Я – Танчутка. Местный, если так можно сказать, житель. Наблюдатель. Наблюдаю тут… за лесом, – с улыбкой ответил невысокий человек.

– Лесник?

– Что-то вроде того, – хитро улыбнулся незнакомец.

– А где я? – поинтересовался Вилен.

– В мордовских лесах, Путник.

В воздухе повисла пауза. По лицу Вилена было видно, что у него идет нешуточная борьба между тем, что он видит сейчас, и здравым смыслом.

– Где-е-е? – с удивлением протянул Вилен.

– Я же говорю, в мордовских лесах, – по-прежнему улыбаясь, повторил Танчутка.

– А как же я здесь оказался, товарищ… – Вилен запнулся, – кажется, Танчуткин? – вопрос был адресован скорее себе самому, нежели собеседнику.

– Об этом в другой раз, а сейчас нам надо идти, Путник! – глаза маленького человека блеснули зеленым светом.