Ларец Шкая. Мистический детектив

– Шо, я не понял, – послышался сиплый голос, – что ты там сейчас прогнал, кто должен извинятся?

Вилен решил взять инициативу в свои руки.

– Если ты еще и глухой, «сиплый», иди, я тебе на ухо скажу, – он сознательно провоцировал ситуацию, чтобы взять ее под контроль.

«Сиплый» рассвирепел:

– Ну ты, фраер, реально, бля, страх потерял! Все, ты, в натуре, покойник! – Он выхватил из кармана пальто финский нож, который, поймав слабый свет уличного фонаря, блеснул в темноте. Согнув руку с финкой, «сиплый» ринулся на Вилена.

«Эх, жалко дубленку, только с таким трудом достал! – успел подумать Вилен. – Зато она и вязаный свитер должны немного нейтрализовать удар ножа». Когда «сиплый» оказался в полушаге от него, Вилен быстро согнул левую руку, прикрыл ей область сердца и, уйдя с линии атаки шагом назад, хлестко, с поворотом корпуса, правой рукой нанес хук «сиплому» в скулу, поймав его на противоходе. «Сиплый» рухнул плашмя лицом в снег. Финский нож с наборной ручкой полетел в сторону.

– Ах ты, сука! – крикнул кто-то из кодлы «сиплого».

Темные силуэты ринулись в сторону Вилена, сжимая смертельное кольцо.

«Ну, пошла массовка», – только и успел подумать Вилен. Двухметровый амбал, больше похожий на старый бабушкин шкаф, с криком «убью, сука!» летел на него. «Такого точно мне не уложить», – мелькнуло в мозгу. Вдруг, в шаге от Вилена, амбал рухнул плашмя, словно плоская металлическая фигурка в тире Парка Горького, уложенная метким выстрелом.

На месте амбала выросла знакомая фигура.

– Паха, ты? – радостно крикнул Вилен.

– Я, Виленыч! – услышал он знакомый голос и увидел, как Паха, схватив очередного нападавшего рукой за воротник, умело подсек его под обе ноги. «Силуэт» потерял равновесие и, как мешок с картошкой, бесформенно рухнул на ледяную дорожку, сильно ударившись об нее головой, по которой в ту же секунду, словно по футбольному мячу, Паха на всякий случай ударил ногой.

Услышав имя «Паха», один из оставшихся силуэтов крикнул второму: «Серега, сваливаем!» – и они тут же ретировались, нырнув в темноту.

Трое остались лежать на снегу.

– Паха, ты как здесь? – поправляя шарф и шапку, спросил Вилен.

– Стреляли, – процитировал Паха героя из популярного фильма и улыбнулся, затем уже серьезнее добавил: – Извини, брат, не поспел, с Иванычем немного задержался. Погодь-ка.

На снегу зашевелился «сиплый». Паха присел рядом с ним на корточки и, схватив за воротник, резко дернул на себя. «Сиплый» открыл глаза.