Эксперимент с моделирующим компьютером

Она все больше возбуждалась и, наконец, сорвала с него плавки и, сняв свои трусики, села ему на член…

По тому, как она сильно мучилась в ожидании оргазма, он понял, что никто ранее не мог правильно удовлетворить ее, а всего-то и нужно было понять вагинальную суть ее плоти. Его правильные действия не сразу, но все-таки дали желанный результат, и оргазм наступил, он был долгим, сильным и, главное, одновременным у обоих. Теплая волна взаимной любви накрыла их…

Она лежала на его руке и счастливо улыбалась, готовая сейчас возлюбить весь мир, а он целовал ее в тонкие нежные губы.

Сон совершенно не шел к ним, и они просто лежали, наслаждаясь друг другом.

– Тебе хорошо со мной? – пролепетала она.

– Мне не с кем сравнивать, но то, что я испытал с тобой, было бесподобно!

– Если б ты знал, как приятно мне это слышать! До тебя ведь мне никто этого не говорил. А ты, ты просто открыл для меня дверь в другой мир, ранее для меня неведомый. Ты удовлетворил меня нормально, по- настоящему, и дал мне возможность понять, что я тоже нормальная настоящая женщина.

Тебе, наверное, трудно в это поверить, но это так.

Эти ее слова сильно удивили его. И он, до этого ни о чем личном ее не спрашивавший, на сей раз мягко поинтересовался:

– Мне странно слышать от тебя это, ведь ты очень красивое и совершенное создание. Скажу тебе честно, ни одной подобной девушки я не встречал у себя, в своем мире. Любой уважающий себя мужчина на руках должен тебя носить, а ты говоришь, что только со мной почувствовала себя женщиной.

Если можешь, объясни, как тебя понимать?

При бледном свете луны он все же рассмотрел, как на ее глазах навернулись слезы. Ласково поцеловав в щечку, он попытался успокоить ее:

– Я, наверное, не очень корректен. Это у меня, признаюсь, бывает по неопытности, но обидеть тебя я никак не хотел. Так что если тебе тяжело или неприятно, то можешь ничего не рассказывать – это никак не отразится на моем отношении к тебе. Даю честное краснофлотское!

Слова, сказанные им, несколько успокоили ее, и она даже попыталась улыбнуться, но затем ее глаза вновь стали серьезными, и она продолжала:

– Да, ты прав, вспоминать мне свою жизнь крайне тяжело! Но все же, думаю, я должна это сделать.

Хотя бы для того, чтобы быть предельно честной перед тобой. – она тяжело вздохнула. – С чего же начать?

Папа работал прорабом на стройке, работу свою любил и работал с полной самоотдачей.