Нечестивый союз. Длань власти

Тамика проследил взглядом за существом, после чего сказал всего лишь одно слово:

– Упадет, – после этого слова упырь перецепился через камень и упал точно в разрытую могилу.

– Эх, жаль, так бесславно погиб новоявленный рыцарь упырьской короны, – вздохнул Импориус с наигранным сожалением.

– Ага, ты еще всплакни и, смахивая с глаза слезу, проговори «упырьчика жалко», – цинично высказался рыцарь смерти, сплюнув на валяющиесяся у стены трупы упырей.

– Ты лучше мешок возьми, и будем валить отсюда, – кратко ответил Импориус, глядя на лужу жёлтой крови, в которую он вступил.

– Ты бы меньше вступал во всякую гадость, – скривился Тамика, глядя на растекшееся пятно мерзостной жидкости вокруг ботинка Импориуса. Рыцарь приподнял ногу, глядя на ботинок. С подошвы стекала кровь и тянулось какое – то вязкое отвратительное вещество. Между пластинами ботинка застряли осколки зубов и черепа. Очевидно, Импориус под шлемом скривился, но рыцарь смерти этого не увидел.

– Ладно, пошли уже, – проговорил Тамика и, перебросив мешок через плечо, первым пошел к лестнице.

Подойдя к одному из трупов, Импориус вытащил из головы упыря топор. Череп треснул, из него потекла субстанция чёрного, как смола, цвета. Кое – как обтерев об одежду упыря ботинок, рыцарь поспешил догнать некроманта.

Спустившись по лестнице на второй этаж, Тамика услышал шипение возле нижних ступеней. Присмотревшись, он увидел безногого упыря, без зубов, ползущего на передних лапах. Окинув презрительным взглядом монстра, некромант участливо спросил:

– Что ж ты, детка, не спишь? – после этих слов в упыря влетел череп, и тело твари растеклось по полу, просочившись в щели меж досок, оставив только лишь зеленые оплавленные кости, от которых вверх поднимался мерзкого запаха дымок.

– А, вот кто у нас тут ночь беспокойную устроил, – сказал Импориус, кивнув в центр комнаты. В тусклом свете факелов, были видны поваленные шкафы и кучи книг на полу. Посреди комнаты стояли Некромант и два упыря.

Некромант был облачен в фиолетовые одежды с рисунками молний, вперемешку с какими – то цветочками и шипами невиданных растений. Под капюшоном виднелось сухое, худое лицо, раскрашенное зеленой, черной и фиолетовой красками. В руках он сжимал посох, больше похожий на корявую ветку, которую венчал фиолетовый камень, сияющий в полумраке комнаты.

– Это что за клоун? – презрительно спросил Импориус, оглядывая некроманта.