Главный энергоресурс. Фэнтези и другие рассказы

Устойчиво утвердившись на бревне, пума повернула голову к Сергею и, глядя ему в глаза, медленно, по-кошачьи мягко переступая, двинулась к левой галерее. И чем ближе туда подходила – тем сильнее морщила нос и скалила свои жёлтые клыки.

Словно кипятком обожгло сердце Сергея! Там же мама!!! Он судорожно стал искать глазами какой-нибудь камень, палку и увидел, что у его ног лежит тяжёлый канадский топор дровосека, хотел схватить его, швырнуть в пуму, закричать – но не смог ни шевельнуться, ни звука издать!

От своего полного бессилия, от совершенной невозможности броситься на помощь самому родному и близкому человеку, слёзы хлынули из его глаз…

^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^

^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^

В нескольких местах текста есть разывы: ^^^^^^^^^^^^^^^^

Поясняю их происхождение.

Летом прошлого года старый мой приятель, живший уже семь лет во Владивостоке, переслал со своим сослуживцем, командированным на три дня в Москву, посылочку с дарами моря – подарок к моему дню рождения.

Этому командированному удобно было передать мне посылку в воскресенье в 6 утра у входа в метро «Кузнецкий мост».

Направляясь пешком на встречу, я проходил по пустынным пока улицам мимо сурового учреждения, занявшего своим многоэтажным зданием целый квартал.

На чистом тротуаре валялись какие-то мелкоисписанные скомканные листочки размером в ладонь. Я не решился их поднять, так как заподозрил, что там могут быть всякие подрывные призывы: недоставало до полного счастья, чтобы с этими листками меня на месте прихватила охрана – там же камеры на каждом шагу!

Попробуй-ка докажи потом нашему суду, что не ты их разбрасывал!

Перейдя улицу, я увидел на водосточной решётке целый ком таких же бумажек и не удержался – поднял.

Дома попытался прочесть. Оказалось, что многое разобрать нельзя: неразборчиво, местами похоже на кардиограмму. Часто – назывные предложения – только подлежащее и сказуемое, ещё чаще – отдельные слова.

Продирался через эту непонятицу я урывками почти полгода.

Что смог прочесть после многих попыток – то внятно записал. С большим трудом выстроил всё воедино. Но там, где не было листков (остались на асфальте у подъезда), ничего придумывать не стал: нет первоисточника – пусть тогда останется разрыв в тексте.

Листочки написаны от первого лица.