Ведьмино Наказание

Кит замер на миг в вертикальном положении, а потом обрушился всей своей массой обратно, подняв тучи брызг.

До этого Корди видел китов всего пару раз – издалека, с одного из лодочных причалов в своем поселении. Прибежав домой после первой встречи с морским великаном, он буквально засыпал своего учителя вопросами о китах: что едят, как живут, как относятся к людям, как люди к ним относятся… Учитель был рабом его отца, но когда-то он жил другой жизнью, был ученым человеком; именно он обучил Корди чтению и письму, рассказал любознательному ваннаху много интересного о мире, о дальних странах.

Вдруг разум юного северянина пронзило чувство тревоги – словно боевой топор его отца броню противника. Ваннах кинулся грести что было силы, но не успел. Широченный черный хвост стремительно вылетел из воды, потом опустился – и Корди едва успел выпрыгнуть из лодки вместе со своей куницей, прежде чем крохотное суденышко приняло на себя могучий удар.

Корди открыл под водой глаза, увидел свою котомку, схватил ее и рывком вынырнул на поверхность. Ухватился за какую-то доску – это оказалось сиденье от лодки – и перевел дух.

– Вьюрк! Вьюрк! – закричал он.

Что-то шевельнулось у него за пазухой. Ваннах почувствовал прикосновение мокрой шерсти к груди, и из воротника его рубашки выполз ошалелый кун, насквозь вымокший, но живой.

– Как хорошо, что ты цел! – обрадовался Корди. Вьюрк пробежал по его руке и опять уселся парнишке на плечо.

Рядом плавала вверх дном лодка: удар исполинского хвоста почти расколол ее надвое.

– Спасибо тебе! – заорал ваннах киту, чья быстро удаляющаяся мокрая спина выглядывала из воды. – Чтоб тебя на тот свет раньше срока забрали!

Кит нырнул в воду. Обиделся, наверно. Хотя ругали-то за дело!

Вьюрк на плече сердито встряхнулся.

– Похоже, мы теперь замерзнем раньше, чем доберемся до берега, – голос Корди был насквозь пропитан пессимизмом, как вся его одежда – ледяной водой (не зря же море Студеным прозвали!).

Мальчик сплюнул и отчаянно заработал ногами, надеясь добраться до берега раньше, чем его превратившееся в глыбу льда тело унесет течением в открытое море.

Впрочем, такое могло случиться только поздней осенью, когда берега залива начинают обрастать ледяной коркой. Но и сейчас приятного было мало: всё тело пронзало холодом, и зубы уже начинали выбивать мелкую дробь.