Объятия тьмы

Он стоял спиной, и я быстро подбежала к ножу на полу и спрятала его за спину. И как раз вовремя. Он повернулся и подозрительно посмотрел на меня. Но, кажется, так ничего и не заметил. Теперь это можно будет назвать самозащитой, так?

– Скажи хоть, как тебя зовут. Хоть что-то узнаю… – сказала я, а он рассмеялся. Мне было все равно, я просто пыталась растянуть время.

– А ты смышленая… Я бы, конечно, дал тебе некоторое время разобраться, но даже в самый короткий срок, ты можешь стать хуже ядерной бомбы. Так что… Злись не злись, обижайся не обижайся, а будет, как мне выгоднее, – он кровожадно улыбнулся и медленно пошел ко мне.

Он напоминал не грациозного льва, а гиену, которая может сегодня полакомиться чем-то кроме падали. – Я – Кристиан Своровски. Не бойся, я постараюсь сделать это быстро, в благодарность за то, что ты когда-то сделала для меня.

Все, что мне оставалось, это просто наблюдать за ним и, конечно же, дрожать каждой клеточкой тела. Он был бы гораздо красивее, не будь этого холода в его глазах.

Но, ведь на все есть свои причины. Поэтому я попыталась предпринять еще одну попытку поговорить, чтобы мне не пришлось сделать того, что я собиралась сделать.

– Что произошло? – спросила я, глядя прямо в его глаза, от чего мое тело буквально вопило и умоляло меня убежать.

– О чем это ты? – он явно был растерян.

– Что-то явно сделало тебя таким, я хочу знать что.

– Не твое дело, такими глупыми вопросами ты все равно не оттянешь свою смерть, – он почти нанес удар, но в самый последний момент я нанесла свой.

Прямо в челюсть. Конец ножа застрял где-то в голове. Раздался дикий рев. Своровски вынул нож, покрытый чем-то черным. Из раны текло тоже самое. Неужели кровь?

Его глаза побагровели, и с булькающим рокотом он попытался накинуться на меня. Я отбежала в сторону, и что было силы, рванула к двери, но она захлопнулась прямо перед моим носом. В тот же миг все лампочки в доме лопнули и стекла вылетели из рам. Все, на что я полагалась в этой темноте – слух. Я слышала, как завывал ветер, как разбивалось все, что можно было разбить.

Боли от осколков я почти не замечала.

Адреналин в крови просто не позволял стоять на месте, но из-за него же я еле стояла на ногах. На ощупь, по стене, я пробиралась к выходу на задний двор. Я была босая, и стекло, с громким хрустом, вонзалось в мои ступни. Ноги онемели. Я все спрашивала себя, осталась ли я одна.

Глаза уже немного начали видеть в темноте, и стена мне была больше не нужна.