Доспехи нацистов

Уединенность и обособленность кургана имела важное значение в неприкосновенности витязева праха. Ведь, насколько мне было известно, здесь левый берег Мсты оказался недоступен для немецких солдат и техники. Правда, от доморощенных кладоискателей это не уберегло.

Чего только не передумаешь, идя по лесу. Начинало темнеть и приходилось постоянно вглядываться под ноги, но я все равно спотыкался. К счастью, бродили недолго. Боря уверенно вывел к озеру.

И я застыл, потрясенный.

Сначала мне показалось, что я вижу кусок пасмурного неба, непостижимым образом опустившийся на землю.

Затем деревья расступились и перед нами блеснула ровная гладь воды. В полном безветрии озеро, как огромное зеркало, безукоризненно отражало тускнеющий небосвод. Лес почтительно обступал его, держась на некотором расстоянии от лишенных растительности берегов. Непонятно почему, оно действительно было мертвое. Уже много веков.

Еще один феномен этих диковинных мест.

Эрик был прав. Озеро стоило того, чтобы потратить рабочий день.

Пока напарники собирали хворост, я подошел к краю берега. Неподвижная чернота застыла у моих ног. Далее поверхность озера постепенно меняла цвет, там плавали серые дождевые облака, гонимые воздушными потоками верхних слоев атмосферы. Здесь же царила тишь. Величественная чаша была исполнена мрачного покоя.

– Илья, иди, все готово.

Голос оторвал меня от созерцания замерших вод. Я оглянулся. Друзья разожгли костер, поставили к огню вскрытые консервы и ждали меня.

– Ну, как тебе озеро? – спросил Эрик, сдергивая полиэтиленовый колпачок с горлышка бутылки.

– Фантастика, – честно признался я. – Даже не знал, что такие места в Новгородской области бывают.

Эрик самодовольно хихикнул, скручивая пробку. Я порылся в мешке, доставая стаканы. Запасливый Боря укомплектовал сидор всеми причиндалами туриста. – Водка… «Фирменная», – Эрик сделал вид, будто читает этикетку.

– Давай банкуй, читатель, – недовольно одернул его я.

Дерябнули по соточке и закусили колечками свежего огурца.

Паскудное ощущение промозглой сырости во всех членах сменилось приятной теплотой. Без водки здесь можно было вообще окочуриться.

– Ничего озеро, да? – залебезил Эрик, явно нарываясь на похвалу.

– Любопытное, – благодушно согласился я. – Впервые вижу столько мертвой воды.

– Странное озеро, – проронил Боря. – В такой воде, наверное, трупы не гниют.