Лучший фехтовальщик Империи Российской

Но для этого нужно обязательно выздороветь, выполняя все его пожелания и предложения!» – так думала она, глядя в его карие глаза, светящиеся нежностью и добротой.

Тем временем начался лес, быстро перешедший в еловый бор, дорога уже шла через него. Воздух стал заметно чище и свежее, стало немного прохладнее.

– Дыши несколько глубже, но не все время. Передохни, а потом опять.

Девушка с удовольствием выполняла советы нового друга, благодарно одаривая его милым взглядом. Отъехав от начала леса примерно с версту, слева они увидели еще одну, не такую наезженную дорогу.

Парень с девушкой свернули на нее, все дальше углубляясь в лес. Вековые ели плотно обступали дорогу с обеих сторон, поэтому наши конники оказались посреди девственной природы: воздух был настолько чист и прозрачен, что звенел в ушах, а голова немного кружилась; стояла тишина, и лишь изредка дятел постукивал о сухое дерево, доставая себе жучков на пропитание.

Авдий заметил, как девушка затормозила лошадь и взялась за голову. «Вероятно, сильно кружится», – подумал он и, поравнявшись, легко пересадил Ксению к себе на лошадь.

Та не сопротивлялась, а смотрела на него своими большими глазами, явно не зная, как ей быть.

– Не бойся, как голова перестанет кружиться, пересажу тебя назад, а сейчас потерпи.

Она понимающе кивнула и приложила свою милую головку к его широкой груди.

Молодой человек даже несколько напрягся, ощущая нежное девичье тело рядом с собой. Неожиданно он поймал себя на мысли, что она ему очень приятна и он хочет, чтобы эта поездка продолжалась как можно дольше.

Девушка, видимо, почувствовала тоже самое. Послышался ее немного приглушенный голос:

– А я уже думала, в моей жизни ничего больше не будет. Что же мне теперь прикажешь делать? Я в полном смятении.

– Самое главное, что тебе сейчас нужно захотеть – это жить, потому что от тебя самой очень многое зависит. Ты должна бороться за жизнь изо всех сил!

– Я очень постараюсь! – негромко ответила она, тихонько сжав его руку.

Солнце давно перешло зенит, когда они вернулись в усадьбу:

– Если хочешь, я провожу тебя домой.

Там отдохнешь немного, потом решим.

Она отрицательно покачала головой:

– Может, здесь найдется тихое место, где я бы передохнула немного, а то тяжело с непривычки, я не слишком спро?сливая.

Авдий завел ее в свою комнату и уложил, не раздевая, прямо на покрывало, лишь снял сапоги, чтобы ее ногам было легче. «Надо же, и ножка меленькая и изящная, все признаки благородства налицо.