Сердце Тьмы

– Надеюсь, что не одна, а с Антихристом, – но Дэн сам не верил в свои слова.

– Вот, – Лея протянула дочери книги, которые судорожно сжимала в руках на протяжении всего разговора. – Старая книга – это сборник пророчеств, а это – дневник Ребекки.

– Дневник? – Эвви впервые слышала это слово.

– Да, Бекки делала некоторые записи. О своей жизни. Дневники нельзя читать, но свой она оставила на видном месте с посланием для меня с папой. Его мы и прочли. А еще тут есть послание для тебя.

Девочка затряслась от нетерпения: что же оставил для нее Свет?

– И я могу прочитать? – она уже даже протянула руки.

– Если пообещаешь, что больше не ступишь и шага за порог без нашего ведома.

– Обещаю, – мимолетно ответила Эвви, даже не задумываясь.

На данный момент ее интересовало совершенно другое, и родители этим воспользовались.

Дрожащими руками она прижала книги к себе, и хотела было уйти, но отец остановил ее.

– Я ведь только рассказал тебе о девушке, благодаря которой ты появилась на свет, но я не сказал, почему тебе нельзя выходить на улицу.

– Оу… точно, – Эвелин села в кресло, но было видно, что она уже готова в любой момент сорваться с места.

– Видишь ли, Эвви. Мы с мамой очень долго пытались завести ребенка, ты – наша сто четвертая попытка.

– Так вот почему вы иногда называете меня сто четыре! – глазки малышки злобно сверкнули. – Мне это не нравится!

– Услышь меня, детка. Сто три человечка просто не увидели свет. Ты это понимаешь?

– Меня могло и не быть?

– Да, если бы у нас с мамой все получилось без помощи Ребекки, чье тело оказалось достаточно сильным, чтобы выносить тебя.

Эвви с ужасом смотрела на отца.

– Папа, зачем ты мне это говоришь?

Казалось, и Лея была в замешательстве. Неужели он не понимает, что их дочь слишком мала для такого разговора.

– Чтобы ты поняла, насколько этот мир жесток, и насколько ты нам дорога. Ты бесценна, Эвелин. Никто не знает о твоем существовании, все думают, что твоя мама бесплодна. Это значит, что она не может иметь детей.

Слова отца подействовали на девочку куда сильнее прежних угроз и доводов о жестокости мира.

Ей не хотелось расставаться с родителями.

Она хотела, чтобы они всегда были вместе.

– Папочка! – всхлипнула Эвви. – Я больше никогда-никогда не выйду! Я не хочу вас потерять!

И она заплакала.