Сердце Тьмы

Д-да и я хотел… д-д-давай д-дружить?

Еще одно новое слово.

– Чего? – скривившись, спросила Эвви.

– Я тебя п-понимаю, мы совсем не з-знакомы, я б-без разрешения в-вошел в т-т-тв-в-вой дом, н-но… т-ты м-мне п-понравилась, очень, – Том стал багровым до самых кончиков ушей.

От смущения он даже стал сильнее заикаться. И пахнуть. Куда сильнее и приятнее.

– Я не хотела тебя обидеть! – горячо заверила Эвви. – Что такое «дружить»?

– Эт-то… – Том не знал, как объяснить. – Н-ну, это… м-мы б-будем часто в-видеться, играть, ст-т-троить п-планы на будущее… мы с-сможем в-верить друг другу и п-помогать.

А еще… б-будем готовы отдать жизнь друг з-за друга, если пот-требуется.

– Это звучит… – Эвви подбирала слово. – Это звучит трудно и очень похоже на любовь…

– Тогда мы будем любить друг друга, если хочешь, – Том широко-широко улыбнулся, и стало видно, что у него не хватает пары зубов.

– Тогда давай дружить! – Эвелин тоже улыбнулась, показав белоснежные, смертоносные зубы.

А после они неловко и неуклюже обнялись.

Кровь

– И что теперь? – спросила Эвви.

Вместо ответа на ее вопрос, у Тома заурчало в животе.

– Что это? – удивленно, с любопытством спросила девочка.

– Я п-проголодался. Р-разве у т-тебя не урчит в живот-те от голода?

Эвви отрицательно покачала головой.

– Ст-транно. Значит, т-ты всегда сыта. А м-мне от этих п-проклятых таб-блеток никакого п-п-проку. Я расту, и я все время хочу есть.

– Что за таблетки такие?

Том скинул с плеча рюкзак и принялся в нем копошиться.

Вскоре на полу оказалась голограмма космического шаттла, пара осколочков стекла, отмычки, смартфон и еще много чего. Но из всей кучки Эвелин подняла камень и вопросительно посмотрела на Тома.

– Это к-камень. Н-ну, булыжник. Я… мало ли, нужно б-будет защищаться от к-каких-нибудь зубастых чудовищ, а я п-пока что недостаточно с-силен, чт-т-тобы постоять за с-себя.

Неприятный холодок коснулся спины Эвви.

– Еще у меня есть это, – Том вытянул из рюкзака бумажный сверток и протянул девочке.

Сверток имел приятную тяжесть и… какую-то волшебную силу. Эвелин сняла бумагу, а под ней оказался еще один слой ткани.

– Ай! Мокро… – малышка нахмурила бровки.

– Это… свят-тая вода. Почему т-ты в-в-вскрикнула? – с подозрением в голосе спросил Томас.

– Это было неожиданно и холодно…

– Л-ладно, открывай д-дальше.

Эвелин аккуратно сняла ткань и протянула ее Тому.