Брод через Великую реку. Книга 2

 – Ты, какие конфеты любишь? Мне, кажется, вон там, в вазочке, лежат неплохие конфеты!

От такого вопроса Нина вспыхнула, как спичка: она уже не раз посматривала на эту вазочку, старательно пряча свою любовь к конфетам. Вопрос Михаила застал её врасплох. Стало необходимо немедленно решить, что важнее – манеры или конфеты. Сглотнув слюну, она, разом выпучила глаза, поняв, что её каким-то образом разоблачили, сдалась на милость победителя, и тихо выдохнула. – Ага…

Михаил, с удовольствием отметив, что и у него и у неё – одни и те же пристрастия.

На душе сразу же стало легче.

– Любишь конфеты? – с коварством иезуита спросил он Нину, заранее зная ответ.

– Люблю… – смущённо призналась почти шепотом девушка.

– Я тоже люблю… – тихо признался Михаил и, кивнув в сторону столика с конфетами, предложил. – Давай сделаем нападение на тот столик?

Володя, услышав этот диалог, рассмеялся. – Ладно, сладкоежки, нападайте на конфеты… Но помните – впереди ещё обед!

От этих слов Нина вспыхнула и покраснела.

Веснушки на её круглом лице невольно стали ещё ярче. Как молодой бутон, только-только распустившийся навстречу жизни и налитый жизненными соками сверх меры, она не знакомилась раньше ни с кем вот так официально, просиживая с конфетами за книжками. Естественно, что никакой реальной жизни она не видела. Знакомство с таким же молодым человеком, имевшим ту же страсть к конфетам, сразу же сблизила с ним. Кроме того, его непосредственное поведение, весёлый нрав и доброта как-то быстро располагали к нему.

Следует отметить, что именно за эти качества, проявленные им по отношению к дворовым и соседским девкам, Мишку парни не раз бивали: как-то так получалось, что этот толстяк незаметно отбивал у них предмет их любви.

Усевшись за столом, Михаил облизнулся и, глянув на свою соседку, тихо произнёс. – Ну, что, барышня, ударим по конфетам?!

И тут же поднёс всю вазочку. Не в силах отказаться от столь сильного искушения, она кивнула и взяла сразу же несколько конфет из вазочки.

Кавалер сделал то же самое, довольно хмыкнув.

– Разве можно портить такую простоту и наивность своими пороками? – рассматривая юное лицо толстушки, решил он. – Поговорим, поговорим, да разбежимся!

И болтал без умолку обо всём, что видел, замечал или просто подсматривал за всеми, кого встречал когда-то. Нина весело смеялась, не забывая про конфеты, потому что и напарник делал то же самое.