Брод через Великую реку. Книга 2

 – Это ещё что за хрень, мать – перемать? Богомол какой-то… Обман…

Однако сердце моё не успокоилось и после хорошего мата в адрес странного Богомола. Неожиданно в голове появилась мысль попробовать всё узнать через огонь этого странного места. Я даже закрыл глаза, но ничего не появлялось. Открыв глаза, вновь уставился на огонь, который вдруг начал активно разбрасывать искры, и даже не заметил, как они закрылись сами собой и я перенёсся в то странное время…

Михаил с Ли Ченом медленно продвигались к российской границе под охраной китайских солдат: казаки в этот раз сильно задержались с другим караваном.

Почему-то Ли Чен настоял, чтобы навьюченные три лошади Михаила шли последними в караване. Решив, что сейчас лучше послушаться монаха, Михаил согласился с его опасениями, хотя сам их совсем не разделял. Мало того, Ли Чен сам взял под узцы первую из них, а остальных связал поводом между собой.

Михаил ехал на первой лошади, наименее нагруженной монахом. Положив дневник в сумку, а также качаясь в такт мерному шагу лошади, он всё больше и больше погружался в какой-то полусон.

Невольно его мысли вернулись в холодный ноябрь 1868 года.

– Мотька… Да, она действительно ядрёна! Так и брызжет из неё здоровье… Пышка… Манит, притягивает, чертовка! И не его одного, а отца ещё больше… Ведьма, да и только! – в полудрёме шепчет Михаил. – Эх, отец, отец… Он что, не видит? Она ж высосать его собралась и выплюнуть…

И видит, как Мотька набрасывается на него и начинает высасывать ртом, как чрез воронку, всё его здоровье.

От отца уже осталась одна кожа да кости…

– Батя, что ж ты делаешь? Вишь, как она порозовела от твоей крови? – он видит всё это, но ничего не может сделать: руки и ноги чем-то крепко скованы. – Она ж высосала тебя… О, господи, помоги наказать эту ядовитую заразу!

От собственного стона и настойчивого толчка в плечо, Михаил очнулся от тяжелого сна. И тут же увидел Ли Чена, который упорно пытался вынуть его из седла. Вдруг он насторожился и встревожился.

– Фэй шынвэйсьянь джу[30 - Фэй шынвэйсьянь джу – Разбойники создали опасность.

Нужно сберечь имущество и жизнь хозяина!]! – произнеся почти шёпотом, он приложил палец к губам, чтобы Михаил ненароком не заговорил. – Лазбойник… Опасность… Зизь… Козяин!

Михаил и так всё понял: гадание монаха начинает сбываться. По знаку Ли Чена, он тихонько слез с лошади, чтобы не мешать ему управляться обозом.

– Да-а-а, собаки! Лучше места не придумаешь для нападения… – подумал он.