Клад монахов. Книга 1. Сысоева кровь

– Где, ты сказал, этот дом? – хрипло спросил он.

– В Ямской, сразу за оврагом… – в голосе Сашки проявилась надежда на хороший исход дела.

– Тот самый дом! Дом бывшего начальника колонии Тимофеева… – еле слышно прошептал Клещ, однако Сашка его услышал и усердно закивал головой. – А где копали? В какой части огорода копали, спрашиваю?

– Да с дальней… Што со стороны реки Туры… – ничего не понимая, отвечал Сашка. Однако, то, что это место Клещу было известно, как-то даже их уравнивало. И, осмелев, даже отважился спросить.

 – А вы откуда это место знаете?

– А ну, заглохни, козел! Здесь вопросы задаю я! – резко бросил тот, сверкнув глазами так, что у бывшего Ротшильда коленки затряслись. – Отвечай, что еще нашли?

– Золотые монеты… В круглой плоской банке, записную книжку, дневник да чертеж какой-то… – ничего не понимая, выпалил разом осмелевший Иуда, прекрасно понимая, что наводит бандитов на родителей: но своя – то жизнь дороже!

– И коробка, конешно, была под завязку… – с ехидством, то ли утверждая, то ли спрашивая, произнес Клещ.

Он с презрением наблюдал, как Сашка мотал ему в след головой, когда тот говорил «Нет», а потом «Да». – Ты лучче мне не ври, а то…

– Да – да! Коробка была полная, но мне досталась только треть ее… Остальное – у них…

– Ну, что, Иуда, заложил своих предков? – рассмеялся Клещ, брезгливо смотря на валявшегося в ногах молодого мужика. Не выдержав, он пнул его в бок и отвернулся. – Вот что, Чипа: завтра без напоминаний возьмешь с собой, сколько надо людей – и в Верхотурье.

И чтобы банка с червонцами вместе с записной книжкой были у меня! Понял? Да, полистай дневник… Ежели есть там что-то стоящее, возьми с собой, да чертеж прихвати. А предкам скажи, что этот прохвост побудет у меня в заложниках для гарантии. А сейчас спрячьте его куда-нибудь подальше с моих глаз!

– Это сколько ж лет-то прошло? – Клещ ехал в иномарке, а мысли неотступно бередили прошлое. – Тридцать? Значит, я был все-таки прав?

Глава 2.

Нюрка

1.

Июль 1991 года, г. Верхотурье.

С большим трудом нам с Павлой удалось-таки найти местную гостиницу.

Небольшое двухэтажное здание из рубленых стен меняло свой имидж: видимо и сюда добрались некоторые веяния рыночной экономики. Две молоденькие деревенские девушки, несомненно, гордясь делом, которым занимались, водружали на место таблички с русским названием «Гостиница» новую, написанную кем-то по-английски с тем же содержанием.