Прогулка по карнизу

Алёне пришлось серьёзно потрудиться, орудуя веслом, чтобы причалить к противоположному берегу, пологий склон которого позволял это сделать. А я при падении с лодки выронил своё весло из рук и едва не утопил. Благо, что дюралевая труба не спешила наполняться водой, и весло пошло ко дну не сразу. Я успел ухватиться за лопасть и вытащил его на поверхность. Спасательный жилет позволял держаться на плаву и грести одной рукой, но преодолеть мощное течение таким способом было крайне затруднительно. Выбравшись на берег, я шлёпал назад метров сто, чтобы воссоединиться с друзьями.

Странно, вымокнув до нитки, я не чувствовал сильного холода. Пенопластовые кубики спасжилета удерживали тепло моего разгорячённого адреналином тела. Тем не менее, нужно было активно двигаться, поскольку окоченение не входило в мои ближайшие планы. До моста, где заканчивался маршрут, было рукой подать, и мы продолжили сплав по реке.

Потом мы долго отогревались и сушились у жаркого костра. Наперебой делились своими впечатлениями от сумасшедшего сплава.

Николай припас «для сугреву» бутылку водки, которая в разгар Горбачёвского сухого закона была встречена всей компанией на ура. Кстати, бутылку крепкого алкоголя мы опорожнили за ужином исключительно в медицинских целях, прогревая себя изнутри горячительным напитком после переохлаждения в ледяной воде.

***

Сплав на резиновых надувных лодках по Амате произвёл на меня тогда неизгладимое впечатление. Мне захотелось развития отношений с Алёной. Её мимолётный роман с Денисом Сафоновым в прошлогодней «тройке» на Высоком Алае уже не казался чем-то ужасным и непреодолимым.

А кроме того, я ужасно хотел вновь испытать те незабываемые острые ощущения, которые подарил мне водный поход.

Ещё сравнительно недавно в нашем институте была жива и здравствовала спортивная секция водного туризма. Но покинули стены вуза заядлые водники, одним из которых был мой троюродный брат, и спортивная секция почила в Бозе. На складе (а он был у водников и горных туристов общим) в чехлах пылились три стареньких чудом сохранившихся байдарки «Салют», не вызывая у туристской братии ни малейшего интереса, поскольку никто толком не знал, в каком они состоянии и с какой стороны к ним подходить.

Но было ещё не всё потеряно: один матёрый водник не расстался с институтом после вручения диплома, а устроился работать инженером на кафедре ФАВТ. «Последним из могикан» был Олег Алексеев родом из Елгавы, с которым я был хорошо знаком.