Между светом и тьмой

– Если она так хороша, тогда что ей надо у меня? Я не занимаюсь хирургией.

– Она хочет процедуры, чтобы кожа была мягче, чтобы убрать, скрасить свою холодность.

– Знаешь, я не хирург и не стилист, ты ей наобещаешь, что я волшебник и с этим мнением она и придет.

– У тебя извращенный ум от частого созерцания женских лиц. Просто хорошие процедуры по твоему рецепту.

– Извращенный ум? Как я с тобой работаю, не могу понять. А главное, за что мне такой начальник? – улыбнувшись я, адресовал ему вопросы.

– Работаешь наверняка для того, чтобы получать заработную плату.

Но ты себя переоцениваешь, называя это работой. Люди деньги платят, чтобы посмотреть полуобнаженные женские тела и красивые лица, а ты их руками трогаешь. Сказка, а не работа для сексуально озабоченных.

– Для них скорее пытка, душевная травма и не излечимая.

– Ладно, их травмы это забота психиатров. Наша, преобразовывать тела, чтобы радовали глаз. Ну, так что мне сказать знакомой? Я не могу отдать ее в другие руки. Твоим рукам я доверяю полностью во всех смыслах.

А как профессионал ты умеешь, если захочешь, творить чудеса.

– Заметь, у этих чудес есть автор, – парировал я.

– Признаю. Значит договорились. Я знал, что ты добрый, отзывчивый человек. Побольше бы таких работников.

– Да, и чтобы ночевали здесь.

– Это как получится. Да, когда я заходил к тебе, около двери сидел мужчина. Он в графике? Мужчины редкие пациенты у нас.

Я посмотрел запись приема и, кивнув головой подтвердил, – Да, записался один. Он последний сегодня.

Уходя, пригласи его войти, что время тянуть.

Мой приятель неохотно поднялся из кресла и направился к двери, выходя из которой обратился к невидимому мне пациенту, – проходите, пожалуйста.

В кабинет вошел мужчина, примерно моего возраста. Одет он был в джинсовый костюм: джинсы, короткая джинсовая куртка поверх рубашки в крупную бежевую клетку. Все было практически в ковбойском стиле, только без шляпы и коротких сапог, которые заменяли коричневые летние ботинки.

Я пригласил его сесть и посмотрел на его лицо, пытаясь понять цель визита, так как лицо было чистым.

Иногда ко мне обращались мужчины, но все вопросы были относительно кожи лица, остальные части тела их устраивали. У этого клиента было красивое, загорелое лицо, коротко стриженые волосы, без единого седого волоса, хорошо сочетались со смуглой кожей. Нос чуть с горбинкой. Тонкая линия губ, придавала лицу чуть игривое выражение. Глаза его я видеть не мог, их закрывали дымчатые очки.