Властелин Подземелий

Следуя твоей логике – а что, тут есть и мёртвые?»

«Хозяин, я очень стараюсь, – поспешил он ответить своему создателю, – но для качественного роста рецепторов мне необходима радиоактивная руда. Только благодаря ей я могу получить нужное количество излучения и энергии для преобразования своих рецепторов».

«А для функционирования, ну то есть в качестве питания я теперь могу потреблять и обычную породу, можно шлак… да в принципе что угодно. Правда, этого будет хватать ненадолго», – опять закручинился он, выдав себя грустными нотками в голосе.

«Ей-богу, как ребёнок, – хмыкнул я про себя. – Чистая душа. Грех такой не попользоваться по полной программе! Надо запрячь его максимально!»

Тем временем Мозг продолжал: «Извини, Хозяин, мне пришлось потратить почти все выданные тобой ранее запасы для восстановления и небольшого роста рецепторов, а также создания системы питания. В противном случае я был бы бесполезен тебе, так как радиус моих органов не превышал бы и двадцати метров, а питаться я мог бы только радиоактивной рудой.

Прости, Хозяин, что без твоего спроса», – повинился Мозг жалобно, словно ожидая за своё самоуправство от меня плетей.

«Чёрт с тобой, крохобор, пользуешься моей добротой, – сварливо ответил я и даже взрыкнул: – В принципе, это необходимо было сделать. Но запомни: все последующие улучшения ты обязан согласовывать со мной в обязательном порядке. Всё-таки я твой создатель», – решил я сразу поставить ограничения.

«А то мало ли что ему взбредёт в голову, и пока я буду спать, вырастит себе огромную пасть да и схарчит меня ночью…» – паранойя усиленно стучалась мне в голову, распихивая локтями прочие мысли.

Кроме того, активно заворчал собственник и эксплуататор, который требовал заковать моего последователя в цепи и пользовать, пользовать и ещё раз пользовать, пока не выжму из него все соки.

«Понял, Хозяин!» – как мне показалось, радостно ответил Мозг, видимо ожидая более серьёзного наказания за свою самодеятельность.

Всё-таки Мозг имел наивысшим приоритетом полезность своему Хозяину, то есть мне, и приказы, исходящие от моей всесторонне гениальной личности, он оспаривать не только не мог, но и не хотел.

Для него любая инициатива была болезненной и пугающей, так как могла идти в разрез с мыслями Хозяина и тем самым причинить Мозгу боль.

«Хозяин. Что же касается мёртвых Червей, то вблизи буквально в восьмистах метрах имеется мёртвый Пещерный Червь, – и, видимо решив уточнить, добавил: – Крупная особь».