Нибиру

А ещё я легко различал настрой других подростков, чтобы определить, к какой группе они относятся. Порою хватало внешнего вида.

Среди подавляющего большинства ребят, которые позже мыли полы в моём институте или погибали молодыми в уличных разборках, был отдельный отряд хищников, которые брали приветливостью.

Идёшь ты по пустынной улице, а навстречу тебе крупный бритый парень. Вместо наездов и наглого смеха ты мог услышать дружелюбное:

– Привет, меня зовут Игорь!

Затем парнишка, пользуясь твоим расслабленным состоянием, затевал разговор, пока к вам незаметно подходили его друзья.

И вот вдруг оказывается, что ты уже должен им денег.

Я пару раз попадался на такую удочку. В первый раз мне разбили скулу, во второй – отобрали телефон. Если бы он был у меня в первый раз, разбитой скулы могло бы не быть. С тех пор я очень осторожно отношусь к восклицаниям типа: Привет, меня зовут…

И вот стоит сейчас перед нами этот гуманоид и приветливо восклицает:

– Доброе утро, земляне! Меня зовут Иван!

Инстинктивно возникло ощущение опасности, будто сейчас у меня что-то отберут.

Хотя, чего мне бояться. Они уже отобрали у меня планету. Забрать остаётся только сына.

– Я ваш куратор! Но из вас не все русские! И некоторые меня не понимают! Сейчас вот там! – Гуманоид указал на суетящиеся метрах в трёхстах машины. – Наши парни установят по периметру переводчики, чтобы мы с вами понимали друг друга! А пока просыпайтесь, готовьтесь к завтраку!

С этими словами Иван отступил к броневику, задумчиво, насколько это позволяла сделать инопланетная сущность, уставившись на квадратный прибор на груди.

– Он так интересно разговаривает, – тихо воскликнул Нильс, застёгивая сапоги, стоящие у кровати. Я проверил, у меня притаились такие же.

– Как интересно? – спросил я, спрыгивая в обувь.

– Весело, – коротко ответил Нильс.

– Ага, – ответил я, отмечая про себя появление сленговых выражений в голосе гуманоида. И голос из унылого механического превратился в приветливо-эмоциональный. Вряд ли чувственная окраска зависела от голоса инопланетянина.

Полагаю, они удачно перекодировали передатчик, чтобы мы – люди – доверяли им. Ведь этого чёртова куратора не могут в действительности звать Иваном. Если так, то я сожру свои сапоги, когда узнаю, что парней, устанавливающих переводчики, зовут Васями.

Я застегнул сапоги из синтетической ткани и сделал несколько шагов. Отсюда я не мог разглядеть, чем занимаются гуманоиды на периметре. Нильс смотрел туда же.