Terra Insapiens. Дороги

Клянусь, что когда я её целовал, то представлял, что целую тебя.

– Не клянись, негодник! Чтоб у тебя язык отсох! Не ходи за мной, проваливай к своей танцульке.

Она оттолкнула его руку и быстро ушла.

– Вот бабы! – повернулся Шут к Артуру – Сестрёнка у Петра занозистая… Ладно, пусть остынет. Завтра с ней поговорю.

Нагулявшись, они уселись на лавку, наблюдая ярмарочную суету. Задрав голову и вытягивая шею, Шут стал высматривать своих. Увидев Лонгрина, пошёл к нему и через несколько минут вернулся.

– Пойдём! Нам покажут – где будем ночевать.

Вместе с Лонгрином они пошли вглубь посёлка и вскоре зашли в невысокий дом.

– Дом пустой, нежилой. Заселяйтесь и ночуйте. Завтра утром встретимся на торговой площади.

Лонгрин ушёл. Артур с Шутом стали оглядывать своё временное пристанище.

– Да… – задумчиво протянул Шут. – Спартанское жилище… Даже кроватей нет.

Действительно, в комнате были только небольшой грубый стол и две колченогие табуретки. В углу было навалено сено – видимо здесь им предстояло спать.

– Ну да ладно! Нам не привыкать, – бодро сказал Шут. – Если бы ты знал – в каких бывало условиях нам приходилось ночевать! До сих пор помню одну ночёвку под дождём в скирде соломы.

Шут поставил на стол корзинку с продуктами, купленными на рынке. Они сели поужинать.

– Налетай, налегай! Наша кочевая жизнь заставляет запасаться впрок. Неизвестно – где и когда будешь завтра обедать.

После еды допивали вино, которое Шут захватил, выходя из корчмы.

Шут давно поглядывал на левую руку Артура. Тот понял – что привлекло его внимание. Артур снял с руки часы и протянул Шуту.

Повертев часы в руках, Шут стал рассматривать циферблат.

– Погоди, погоди, не говори мне – что это за «ерундовина»? – попробую догадаться.

Он приложил «ерундовину» к уху.

– А-а! Так это часы. Я видел нечто подобное в Париже, на столе у короля Роберта, но там была одна стрелка. А тут целых три…

– Всё правильно.

Шут явно был озадачен.

– Мелкая вторая?.. То ли я забыл латынь, то ли чего-то не понимаю.

Артур терпеливо объяснил:

– В одном часе – шестьдесят минут. В одной минуте – шестьдесят секунд.

Шут озадачился ещё больше.

– В одном часе – шестьдесят мелких… В одной мелкой – шестьдесят вторых… Нет, я сейчас свихнусь.

– Да какие мелкие, какие вторые! – Артур потерял терпение.