Terra Insapiens. Дороги

Молоденький монашек, Дени, по их просьбе принёс монастырского мёда. Пили чай, разговаривали.

– Чего тебе непонятно? – удивлялся Шут. – Раскрой Библию – там всё написано. И то, что было, и то, что есть, и даже то, что будет.

– Библию сочинили люди, много людей, – упрямился Артур. – Я хочу сам понять этот мир, не полагаясь на мнения других, может быть, замечательных, но мне не знакомых людей.

– Значит, ты язычник, – решил Шут. – Видел я таких – деревянных богов себе ставят и приносят жертвы перед ними.

– Да нет же! – рассердился Артур.

 – С чего вы взяли? Я не верю ни в каких богов.

– А во что же ты веришь?

Артур запнулся и вздохнул. Ему не хотелось говорить красивых банальностей – «верю в разум и в человечество». Это было бы неправдой.

Виконт вернулся на следующий день. Он был спокоен, задумчив и стал, как будто взрослей. Голова его была коротко пострижена, так что Артур его не сразу признал. Виконт выслушал жалобы Шута на Лонгрина и «других предателей», похлопал его по плечу.

– Ничего, старина! Как-нибудь всё наладится.

Не вешай нос! Я вот немного успокоился, побывав на могиле отца… Во всяком случае, появилась какая-то определённость, всё стало намного проще.

– Виконт! Вы по-прежнему можете рассчитывать на нас! – горячо объявил Шут.

– Я знаю… В тебе я никогда не сомневался.

Он посмотрел на своего коня и грустно сказал:

– Втроём на одном коне мы будем выглядеть нелепо… К тому же мой конь захромал на левую ногу. Ему нужен отдых.

– Мы куда-то отправляемся? – спросил Шут.

 – Я думал, вы захотите повидаться с графом Тибо.

– Нет. По крайней мере, не сейчас. У меня другие планы, – задумчиво ответил Виконт. – Мы пойдём в Анжер.

– Пешком?! – поразился Шут. – Это же тридцать лье!

– До Тура нас довезут, я договорюсь, а там пешком. За три дня доберёмся, – успокоил его Виконт.

– А не проще купить трёх коней у Аббата в счёт его долга?

– Аббат уже в курсе того, что сказал Легат. Не сомневаюсь, что и Лонгрин с ним поговорил. Встретившись во дворе, я поздоровался, а он мне только сдержанно кивнул.

Так что сейчас не лучшее время выбивать из него долги.

– Ну что ж, когда-то я был паломником, – грустно констатировал Шут, – придётся вспомнить этот давно забытый опыт.

Выйдя в полдень во двор монастыря, они сели в открытую повозку. Возница тронул поводья, и лошадь тронулась. Они выехали из ворот монастыря. Дорога пошла под уклон с холма.

Виконт был задумчив и молчалив. Шут устроился поудобней и закрыл глаза.