GROND III: Добрым словом и пистолетом

Привычная картина заполненной звездами бездны меняется, звездный свет заслонен нависающим прямо по курсу гигантским мусорным скоплением, в протяженных рукавах которого показались тусклые огни передовых пиратских баз. Караван и преследующий его Большевик вступают в одну из самых темных зон ближнего космоса – здесь, в точке гравитационной стабильности L2, солнце показывается крайне редко, почти постоянно заслоненное темным полушарием Земли, что добавляет своеобразного очарования этим мрачным краям.

– Сто пятьдесят секунд до зажигания.

Сто сорок девять, сто сорок восемь, сто сорок семь, сто…

С каждой секундой обратного отсчета они приближаются к границам Тартара на шесть с четвертью километра, множественные объекты вносят помехи в работу радаров и телескопов как на Большевике, так и у пиратов. Но все же нападавшим легче, они идут по известному только им фарватеру, подходы к которому прикрыты минами и заранее пристреляны артиллерией. Караван надо брать здесь и сейчас, в первом пограничном радиусе, иначе он нырнет в недра скопления, где даже Большевик не сможет преследовать его.

– Сто двадцать три, сто двадцать два, сто…

– Начинаем сближение.

Следуя параллельным курсом, крейсер понемногу работает вспомогательными двигателями, снижая разделяющую его с караваном дистанцию с девяноста восьми до пятидесяти пяти километров. Сближение не остается незамеченным, пираты тоже маневрируют.

– Восемьдесят семь, восемьдесят шесть, восемьдесят…

– Сигналят с головного!

Точно, с пиратского флагмана отбивают короткое сообщение стандартным кодом – предлагают забрать пассажира и проваливать, оставив остальной караван как законный трофей.

Деловое предложение повторяется еще несколько раз, затем сигнальный фонарь гаснет.

– Тридцать семь, тридцать шесть, тридцать пять…

– Азимут 40, угловой 32, залп!

Видя, что Большевик не собирается принять предложение забрать пассажирский корабль, и продолжает преследование, у кого-то из пиратов не выдерживают нервы, и он запрашивает огневую поддержку с ближайшей батареи, которая открывает огонь по крейсеру с очень большой дистанции, с которой можно попасть только в тихоходный грузовик.

Токарев лишь немного увеличивает скорость, уходя с линии огня, главный калибр молчит.

– Девятнадцать, восемнадцать, семнадцать…

Еще одна скрытая в скоплениях мусора батарея демаскирует себя, начав стрельбу, Северов по-прежнему не открывает ответный огонь, периодически сжигая лазером летящий в лицо обломки.