GROND II: Вся Королевская Рать

Если есть натуральное молоко, сахар и крем, то как же можно без свечек?

Воронова протягивает десятку, но получает на сдачу только один рубль, а не два, как рассчитывала.

– Инфляция, – спокойно отвечает на её поднятую бровь лучший и единственный кондитер в радиусе тридцати тысяч миль, а затем ставит на прилавок завёрнутый в серебристый теплоизолятор пирог.

– Продукт натуральный, рекомендую съесть в течение суток, не больше. Если ещё что с экипажем планируете – обращайтесь, правда, наличие крема не гарантирую.

Также у меня есть… а, господа бога душу мать!

Воронова резко оборачивается к источнику всеобщего возмущения – парящему посреди обеденного зала экрану с большой красной отметкой «экстренный выпуск». Все голоса смолкли, и в наступившей тишине блондинка-ведущая лунной станции новостей представляет последнюю финансовую сводку.

– Да они в натуре издеваются!

Цены на большинство жизненно необходимых товаров, от воздуха до провианта, взлетели более чем на двадцать процентов с начала суток, большинство валют стремительно теряют остатки покупательской способности.

Прибавили только сталинские рубли – монеты из ценных металлов, месяц назад пущенные в обращение в ответ на набирающий обороты товарный кризис и пока добравшиеся до Лебовски в единичных экземплярах.

Мгновенно оценив преимущество своей позиции, матрос первой обращается к кореянке за прилавком, протягивая всю оставшуюся наличность:

– Аварийных рационов, на все!

Девушка выбирается из толчеи у кассы, держа высоко над головой пакет с пирогом и всего три упаковки рациона.

Позади разгорается скандал, кореянка угрожает вызвать охрану, так что Ольга решает здесь не задерживаться и возвращаться на корабль. Выбравшись на торговую палубу, она видит, что большая часть продуктовых пакгаузов уже закрыта, у тех, что ещё работают, выстроились очереди. У горловины туннеля ей приходится уступить дорогу двум металлическим осьминогам – роботы-охранники спешат на свои посты, провожая её быстрым движением короткоствольных пулемётов.

– Только без нервов, начальники, ухожу, ухожу.

Уже в туннеле её догоняет короткий предупредительный сигнал, после которого светофильтры на окнах ползут вниз, Большой Лебовски в очередной раз лениво переворачивается с боку на бок, следующие двадцать минут здесь будет темно. Улучив момент, Ольга останавливается у большого иллюминатора, хотя уже много раз давала себе зарок перестать пялиться вниз.

Земля как Земля, привычный с детства глобус.