GROND VI: Встречный Огонь

Верхний люк открыт, но команда Бетти не спешит покинуть свое разбитое корыто и перейти на Мэри.

– Командор Арья приветствует вас! Поднимайтесь на борт, товарищи, срочно нужна ваша помощь, поможете реанимировать старушку.

– Хорошо, идем. Оль, будешь поднимать капсулу?

– Нет, не надо ее пока трогать. Идем…

Наташа встречает ее сразу за кромкой шлюза, забыв о своем привычном месте пилота – именно она смогла довести разбитую в хлам Бетти до точки рандеву.

– Андрей, Винсент, Ольга! Вы живы, ребята, живы! Как же я рада, думала, что никто из вас не сумел выбраться…

Наверное, если бы могла, Наташа расплакалась, как обычно плачут от счастья молоденькие девушки, узнав, что их друзья чудом избежали смерти.

Но Измененные не плачут, иначе Ольга расплакалась бы в ответ. Они могут лишь скромно радоваться тому, что живы и молча скорбеть по павшим.

– А я-то думал, это нам досталось…, – Киров придирчиво оглядывает наскоро заделанные пробоины.

– Да, было дело, даже не представляю, как старушка вообще могла куда-то лететь.

Ольга, там у тебя в трюме, это тот о ком ты постоянно говорила, – включив видеосвязь, Наташа вглядывается в лицо пассажира реанимационной капсулы.

– Да, он самый. Наш спаситель.

– Понятно. Я обязательно поблагодарю его, когда он придет в себя. А теперь, скорее в медсанбат, друзья, там вас подлатают. А я пока буду уводить наше корыто отсюда.

Убедившись, что с друзьями все в порядке, Наташа Чкалова возвращается в сделанное специально для нее пилотское кресло.

Винсент со своими товарищами направляется в лазарет, им срочно нужна помощь робота-хирурга, Киров и Воронова идут в рубку, им предстоит помочь с ремонтом и заодно дать отчет о провальной операции.

– Ни с места!

В вакууме никто не услышит щелчка старинного пистолета, что упирается в затылок старшины. Другие стволы держат на прицеле Андрея.

– Ольга Воронова – ты арестована! Арестована за предательство! Твоих рук дело, ты подставила нас всех…

***

Ничего не работает, все остановилось.

Везде все остановилось. Больше не вращаются гигантские шестерни проходческих комбайнов, в плавильных печах падает температура, реакторы повсеместно переведены на холостой ход. Свет ламп становиться тускло-желтым, как во времена Эдисона, втяжные вентиляторы устало гонят горячий душный воздух.

– Готово!

Механический замок сбит, и тяжелая дверь откидывается в сторону, открывая доступ в старую транспортную шахту, проложенную еще первыми горняками.