Далекое завтра

Девушка была шокирована, что за подслушивание ей ничего не будет. Облегчение от «спасения» из щекотливой ситуации перевесило неприятное впечатление, произведенное на нее разговором Гафта и Стравинского. Гаденькое «я» решило отложить в сторону вопрос о моральном облике Гафта, тем более, если «рыбка сама любезно плывет в сети». Слабая, но довольная улыбка тронула губы девушки, и она кокетливо заморгала глазами.

– Зои… Зои Каплан.

– Очень приятно, Зои. Красивое имя! А меня Гафт. Моисей Гафт. Вы, наверное…

– Ну кто же не в курсе, кто твой отец, Моисей? – тихо проворковала Зои.

 – Я даже и не знаю теперь, стоит ли идти с тобой. Все эти светские рауты, показные вечеринки… Я не любитель броских и вычурных праздников на деньги народа.

– Это не совсем деньги народа.

– Неужели? – иронично хмыкнула девушка. – А как же природные ресурсы? Разве они не должны принадлежать людям? Нефть, газ, полезные ископаемые?

– Конечно должны, – несмотря на неудобный вопрос, Гафт улыбался. То ли ему было все равно, что поэтому поводу думает Зои, то ли он хотел произвести впечатление умного человека.

 – Но, прежде чем ответить на него более полно, давай поужинаем? А после я расскажу, в чем, на самом деле, тут проблема.

– Думаешь твоя особа заинтересует меня? – еще шире ухмыльнулась Зои.

– На счет красивой девушки не знаю, но вот будущего журналиста в ее лице определенно должны интересовать такие вещи. Ведь что она делала в аудитории, когда там двое вели очень сложный и откровенный разговор, если не журналистское расследование?

– Ты прав, – коротко кивнула Каплан.

Остатки совести неприятно закололи внутри, а нежелание опозориться просто увеличилось до невероятных размеров. – Мне уже интересно.

– Тогда сегодня в шесть?

– Меня устраивает.

– Отлично! – с искренней радостью воскликнул Гафт. Тогда я заеду за тобой пол шестого. Пойдет?

– По рукам, – уже мягче улыбнулась девушка.

***

Слеза скользнула по щеке Зои. На переносицу, с нее – на холодный пластиковый лежак.

Девушка постаралась согреться, сжавшись до предела, но уже не помогало. Сильная дрожь сотрясала тело, но Каплан не обращала внимания. Сейчас важнее вспомнить как можно больше из прошлого, ведь после каждого нового рождения старые воспоминания становились четкими и яркими, будто события произошли вчера. Словно кто-то достал из архива старую потрепанную чёрно-белую пленку и не только отреставрировал ее, но и разукрасил по последней технологии.