Венец одержимых. Золотые миражи Востока

Меня охватило безмерное удивление: тот был смертельным врагом нашего эмира! Но я скрыл свои чувства под маской робости, и со всей возможной почтительностью ответил:

– Город наполнен слухами о заговоре против эмира и стража у ворот обыскивает каждого путника. Твое послание легко найдут, я потеряю голову, а ты – верного слугу!

– Письмо будет изготовлено так, что его нельзя будет обнаружить. Цирюльник обреет твою голову, и писец нанесет на нее нужные слова. Через несколько дней волосы отрастут, и тебя никто ни в чем не заподозрит.

Ты оденешь рваный халат и забудешь, что служишь у меня. Потом доберешься до Билиса, предстанешь пред светлыми очами эмира и объяснишь ему, как прочесть мое письмо.

Я порадовался предусмотрительности моего хозяина и пал ниц перед ним:

– О, многомудрый повелитель, прости меня за сомнения! Повергаю мое лицо в прах послушания!

Визирь самодовольно улыбнулся:

– Набросим покров забвения на твое прегрешение.

Если ты исполнишь мое поручение, я отпущу тебя на волю и дам приличную сумму на обзаведение хозяйством. И совсем скоро ты начнешь свободную и безбедную жизнь!

Животворная надежда наполнила мою душу, и я воскликнул:

– Да будет тысячекратно вознаграждена твоя щедрость! Располагай мною!

Он с одобрением посмотрел на меня, и его голос неожиданно дрогнул:

– Завистники ищут моей гибели и уповают на мнительность нашего повелителя, да продлит Аллах, милостивый, милосердный, его счастливые годы… Мне чудится, что палач уже занес надо мной остро отточенную саблю… – он судорожно охватил горло ладонью.

 – Времени осталось очень мало… Поспеши…

Он помолчал, устало прикрыл глаза и мановением руки отпустил меня.

Цирюльник быстро исполнил задуманное хозяином, и через несколько дней я отправился в дальнюю дорогу. Визирь дал мне десять серебряных дирхемов на непредвиденные расходы, и я почувствовал себя настоящим богачом.

Был полдень, обжигающие лучи солнца разогнали людей по тенистым закоулкам, и я надеялся беспрепятственно миновать городские ворота. Однако оказалось, что стражники за все утро не поймали ни одного подозрительного человека и страх наказания за плохую службу кусал их за пятки. Воины кинулись на меня, как голодные волки бросаются на беззащитную овечку. Их ловкие руки прощупали всю мою одежду, но ничего подозрительного не нашли.