По логике страстей

Бедняжка поняла, что этот молодой и сильный мужчина может её спасти. Но любит ли она его? Если нет, то чему она тогда сбежала с выставки современной живописи, не осмотрев все полотна? Ведь она очень любит живопись и знает в ней толк, не то, что те девицы, которые… которым она была готова выцарапать глаза.

За что?

Какой глупый вопрос!

Стоит отбросить свою капризность, и ответ станет очевидным. Виктор, конечно, чудило, а сама она кто? Она чудило втройне! Виктор ясно видит свои чувства, а она прячет их от себя самой, злится за них на себя, а заодно и на Виктора.

Мысли девушки отяжелели от долгого и утомительного самобичевания, дыхание сбилось.

«Виктор! Витя!! Витенька, спаси меня!!!»

«Спаси меня от меня самой, от моего одиночества, от моих ночных страхов, любимый мой человек!»

Прозрачные

Хочешь быть невидимым для зверя, стань прозрачным.

Старая бурятская мудрость

Даже само существование этого рода войск было особенно охраняемой государственной тайной.

Бойцы его были «прозрачными», невидимыми для посторонних. Они не прятали своих лиц. Они выглядели совершенно обыкновенными (не путать с «подозрительно обыкновенными»). Они были всегда и во всём «как все». Их отличие ото всех не имело никаких внешних признаков. Просто они обладали иным уровнем сенсорики. У иных было обоняние акулы, у иных – предвидение крысы, у иных – ночное зрение филина, у иных – дневное зрение орла, у иных – кошачья и голубиная способность ориентироваться в пространстве и т. д., и т. п. А вместе они были командами, ротами, батальонами.

Но самым удивительным свойством всех этих бойцов было их умение становиться невидимыми в буквальном смысле, будто растворяясь в пустоте.

Боец с буквенно-цифровым позывным НБ-300, обладая внушительным набором экстрасенсорики, «видел» все варианты развития интересующих его событийных рядов. Но это не спасло его от того, что оказалось заранее предначертанным ему по судьбе.

Мы властны над своими поступками, но мы не властны над своей судьбой.

Глава 1

Командир проводил своего НБ-300 долгим печальным взглядом.

«Вот и ты уходишь. Больше мы уже не увидимся с тобой в этой жизни. Прощай, Алёша…»

Встречные девушки смотрели на не очень молодого офицера, как на безликое существо. Они угадывали в нём не жаркий огонь, а остывший пепел. Тусклые стройбатовские эмблемы на его не менее тусклом мундире не возбуждали девичьих фантазий.