Прыгун-девица

Вот так же, наверно, попрощалась бы и Лидочка со своим провожатым, если бы…

Как жалко, что он женат, да ещё и так неудачно!

Не сладко ж ему живётся с этой ядовитой истеричкой!

О том, что ей довелось увидеть и пережить на ночном деревенском погосте, Лидочка никому не сказала, но наутро, сославшись на очень-очень важные дела, душевно распрощалась с Варенькой и её матерью и уехала.

Прыгун-девица

…есть прыгун-трава, растёт на надгробных

местах, ростом высока, цвет голуб, кольцами; весьма для клада гожа.

Завернуть сию траву в тряпицу, она сама раскрутится и соскочит, а вертеть её надо на поле: куда трава соскочит, там огонь возгорится, тут и клад рой…

А.П.Чапыгин

Исторический роман «Степан Разин»

Было уже за полночь, когда книга А. П. Чапыгина «Степан Разин» выпала у меня из рук, содрогнувшихся в момент в момент падения в горячий тревожный сон.

– Измена! – по-волчьи взвыл звероподобный детина прямо мне под ухо.

– Чего орёшь, скаженная твоя душа! – взъярился я на него.

– Атамана нашего Стеньку есаулы его же связали и во вражеский стан свезли, ироды распроклятые…

– Врёшь! – не поверил я.

– Вот те крест! – набожно перекрестился детина и до пупа разорвал на себе рубаху.

Вскоре весть о подлой измене подтвердилась. А я был ответственным за казну нашего разинского войска. Казаки и мужики, оставшись без атамана, начали разбегаться. Бегство этих разбойников тоже было разбойничьим: на бегу прихватывали всё, что казалось им беспризорным. Я вскочил на свою подводу, доверху наполненную сундуками с войсковой казной, ощетинился пистолетами:

– Не подходи! Убью!!! – остервенело рычал я на всех, кто приближался к моей подводе, но убегавшим было не до сундуков.

Они прихватывали с собою только то, что не отяжеляло их бега. Два разбойника, о которых я знал лишь то, что они друг другу родные братья и пристали к нашему войску всего неделю назад, выпрягли из моей подводы коня. Пока один выпрягал, другой упирался мне в спину вилами. Сработали они быстро. Я не стал стрелять им вдогонку. Жаль было тратить на них заряды.

Вскоре я остался в чистом поле один со своей безлошадной подводой и ответственностью за нашу войсковую казну. Весь день до самого заката я провозился с рытьём большой ямы длиной и шириной по размерам моей подводы, а глубиной под два метра. По пологому краю ямы я скатил в неё один за одним все сундуки с казной, засыпал их сверху землёй, утоптал, излишки земли оттащил подальше и развеял по ветру.