Реалии виртуального мира

Дедуля с Волчьих пустошей

Ранним утром босоногая детвора, окружившая одинокого путника, восприняла его появление в их глухомани, как редкое разнообразие в их скучной, безликой жизни:

– Гляньте! Дедуля с Волчьих пустошей идёт!

– Дедуленька! Тебя волки там не покусали?

Дети, как дети. Не злые, сердобольно участливые. Показали избу, где можно попроситься на отдых. Там престарелая, но скорая на руку и ногу хозяюшка, приняла путника радушно, напоила козьим молоком, угостила варёным картофелем, краюхой хлеба, растопила баньку:

«Попарься, батюшка, а я одежонку твою быстренько перестираю-заштопаю».

После баньки путнику было предложено, пока его одежда в стирке да в починке, нарядиться в рубаху и брюки, оставшиеся от покойного мужа хозяюшки. В хате тем временем уже собрались соседки. Путника пригласили к общему застолью, собранному из складчины: каждая соседка что-то принесла из продуктов: какая мёд, какая варенье, какая кусок свиного сала.

– Отведай, батюшка, того, что Бог послал, да поведай нам истины от большой твоей святости, – обратилась к нему самая бедовая напевным деревенским говорком.

– Что вы, милые! Не святой я. Молодость свою прожил в греховной гордыне, в нерадении к молитве, к милостыне, к посту. Оттого грехов насобирал вагон и маленькую тележку. Теперь тащу на себе их груз, всё отмолить их пытаюсь, а вместо того новые набираю.

– Истинно святой! Только Божьи люди умеют так просто себя держать.

– Господь тебя к нам направил, чтоб беду от нас отвести.

– Спаси нас от происков тёмных сил, святый отче! Век тебе благодарны за это будем! – наперебой загалдели женщины.

Когда общий женский гвалт успокоился, к Путнику обратилась сгорбленная под тяжестью лет старуха с проницательным и не по возрасту ясным взглядом:

«Снился мне сон этой ночью, который начал уже сбываться. Значит, сон этот не простой. Приснился мне старый, одряхлевший уже волк-бирюк и сказал мне человеческим голосом: «Явится к вам в деревню странник из нашей Волчьей пустоши.

Глава 2. Близок теперь его час

То, о чём поведали путнику женщины, объявлялось с наступлением полночи. По их словам, это было чудовище исполинских размеров.