Любовь от начала до конца

Дождались, когда Оля с подругой выйдут за ворота школы. Догнали их. Сергей сказал: «Оля, мне нужно с тобой поговорить». Они ушли вперёд, а мы с её подружкой медленно шагали сзади. Шли долго и остановились только возле длинного одноэтажного барака, где жила Оля. Уже стемнело. Помню, из школы Оля вышла хмурая, а тут я увидел её улыбающейся. Она весело посмотрела на меня и, непонятно к кому обращаясь, сказала: «Пока».

Позже я понял причину резкой перемены в её настроении. Оказывается, после первых слов извинения Сергей завёл с Олей разговор обо мне.

Сказал, что знает о моих чувствах к ней, напридумывал что-то, а под конец объявил, что я предлагаю Оле дружбу. Предложить в то время дружбу девочке было всё равно, что открыто выразить ей свою симпатию. Оля ответила, что принимает моё предложение. Я был ошарашен! «Сергей, ну кто тебя просил!»

Всё, поздно. Давай, дружи…

Тоня, я рассказываю эту историю так подробно, чтобы стало понятно, как я «зацепился» за тебя. Она имеет к этому прямое отношение.

Я стал дружить с Олей, и через некоторое время она пригласила меня на свой день рождения.

Мне говорили, что у вас с Сергеем Дубовым до этого были дружеские отношения, но они прервались из-за… Не знаю точно. Что-то тебе не понравилось в его поведении. Оля об этом знала и в знак благодарности за участие Сергея в её сердечных делах пригласила на день рождения его и тебя. Надо понимать, чтобы вы помирились.

Я уже смутно помню тот день рождения. Помню высокие ступеньки при входе в барак, помню, что нас встретила добродушная женщина – мама Оли.

Помню, как мы разувались в длинном коридоре и смущённо заходили в комнату. Помню, как сидели за круглым столом, ели пирожные и о чём-то весело переговаривались. А потом были танцы.

Оля поставила пластинку ансамбля «Поющие гитары», и когда заиграла песня «Сумерки», я пригласил на танец тебя. Помнишь? «Словно сумерек наплыла тень – то ли ночь, то ли день…» На тебе было розовое платье из плотного материала. После худенькой Оли твоё тело мне показалось по-взрослому женственным.

Мы молчали, чуть покачиваясь в танце. Рядом с моими глазами чернели твои волосы. Вот, собственно, и всё. После этого танца я стал меньше общаться с Олей, и через какое-то время наша с ней дружба сошла на «нет».

Шестой класс остался позади. Нашу восьмилетку перепрофилировали в учебно-производственный комбинат, а учеников перевели в среднюю школу, которая располагалась через дорогу.

В ней нам предстояло учиться до десятого класса.