Любовь от начала до конца

При этом не помню, чтобы мы с тобой когда-нибудь говорили о рок-музыке. Наверное, мне казалось, что тебе это не интересно.

Так вот, однажды мне удалось на один вечер достать альбом «Битлз» «Вечер трудного дня». Наверняка ты слышала самые известные песни из этого альбома – весёлую и заводную Can`t Buy Me Love, которую переводили как «Мою любовь не купишь», и мелодичную, пропитанную печалью «И я люблю её», а по-английски And I Love Her. Пол Маккартни написал её после того, как от него ушла любимая девушка.

Это была такая удача!

У меня уже был свой бобинный магнитофон «Дайна».

Я выпросил у приятеля ещё один магнитофон, соединил их шнурами, поставил чистую бобину… Тут открылась дверь в комнату, и мама позвала:

– Рома, тебя к телефону.

Ну, кто это ещё… Было уже поздно, а завтра я должен был вернуть магнитофон и запись обратно. Движимый нетерпением, когда тебя отрывают по пустякам от важного дела, я побежал к телефону.

В трубке раздался голос Вали Белан:

– Ромка, привет. Нам срочно нужна твоя помощь, —

с присущим ей юмором сказала Валя.

 – Мы с Тоней у Наташи Николаенко. Уже темно, а Тоне нужно домой. Живёт она далеко, сам знаешь. Ты сможешь её сейчас проводить?

Тоня? У Наташи Николаенко? В такое время…

В этот момент я испытал чрезвычайно противоречивые чувства. С одной стороны «Битлз»… Я давно мечтал об этой записи, и если мне не удастся её сегодня переписать, то ещё неизвестно, когда она попадёт мне в руки. С другой стороны —

ты… Мне бы очень хотелось совместить одно и другое.

Но как это сделать?

Да никак.

И сколь сильно я ни хотел стать счастливым обладателем альбома битлов, почувствовал, что, несмотря на все мои сомнения, решение уже созрело:

– Мам, я ненадолго.

– Кто это звонил? Куда ты собираешься? – забеспокоилась мама.

– Во двор выйду. Мне нужно. Я быстро.

Я продолжал врать и одевался. Всё, что я успел сделать —

выключить магнитофоны и задвинуть под стол.

Уже через десять минут я бежал, летел в сторону дома Наташи Николаенко.

Нажал на звонок. Дверь быстро открылась. Вы были уже в прихожей, и Наташа сразу же в присущей ей назидательной манере начала выговаривать:

– Ты что, через Малый базар шёл? Вот ещё бы пять минут…

Ты стояла возле трюмо и улыбалась, слушая притворно-

гневную тираду подруги. Вали не было. Я молчал, ожидая, когда Николаенко перестанет изливать на меня упрёки. Вы быстро попрощались, и мы с тобой вышли на улицу.

Темнота сгустилась до черноты.