Амазонки Янтарного мира

Разумный кальмар соорудил для себя некий магический раствор в лаборатории башни и, погрузившись в него, пытался восстановить нормальное дыхание и вернуть себе привычный оптимизм. Вначале он выставил из раствора только часть лысой головы с ушами и глазами. Но когда услышал от Светозарова, куда и зачем отправляется его боевой товарищ, тут же выскочил из раствора:

– Я с тобой! Иначе еще больше разболеюсь тут. А что еще кашель странный прорывается, так это ерунда, при острой необходимости я его могу сдерживать.

Прыгаем?

– Ну ладно, – не стал Дмитрий спорить. – Держись за меня крепче!

И в следующие моменты, сопровождаемые громовыми раскатами, они покинули мир Ягонов.

Глава четвертая

Тонкий лед

Ориентиры оказались правильными, и чувство направления вывело Дмитрия Светозарова в новый, никогда им еще не исследованный мир. Причем в зиму, в дикую и плотную снежную бурю. Хорошо, что еще было светлое время суток, когда хоть что-то просматривалось за огромными хлопьями снега, и ночная темень не давила на психику.

Торговец совершил выход в новом мире не как обычно. Хоть и был готов ко всяким неожиданностям, а вот сразу ускоритель не задействовал, и упал с высоты. Благо что глубокий сугроб смягчил удар ногами о грунт.

Прусвет отцепился при падении и, как и Дмитрий, осматривался. Снег залепил Светозарову ноздри, уши и глаза, а холод устремился за шиворот. Пришлось набросить капюшон и загерметизировать прозрачный щиток.

Усиленный против обычного слух ничего не дал.

Кроме завывания ветра – никаких звуков. Зрение новой информации тоже не добавило. Путешественники находились прямо в центре отлично просматриваемого прохода между мирами. Снег не лежал ровным толстым слоем, его крутило, развевало ветром, и между сугробами просматривался темный грунт.

– Ну что, дружище, – обратился Дмитрий к разумному кальмару, – куда это мы с тобой влипли?

– Понятия не имею! – отозвался тот. – Я сквозь камень вижу, а вот сквозь снег – нет.

При ближайшем рассмотрении оказалось, что темнеет между сугробами вовсе и не грунт, а ровное покрытие из красных кирпичей.

Опустившись на колено и приложив руку к кирпичу, граф Дин послал импульс вниз, сканируя толщу покрытия. Оказалось, что весьма солидно все здесь устроено: песочная подушка в два дециметра, столько же – утрамбованный гравий, а потом еще и пятнадцать сантиметров прочного бетона. Ну и сверху, видимо для красоты, уложен не просто обожженный, а каленый кирпич.