Битва за Оилтон

 – Потом ткнул пальцем в потолок: – Почему не по воздуху?

– А вы видели хоть раз в своей жизни подобные облака? – вмешался в разговор генерал, к тому времени почти опустошивший вторую кружку бодрящего напитка.

– Никогда!

– Вот и летные диспетчеры, боевые операторы наводки и корректировки никогда не видели, – продолжил капитан после кивка своего командира. – Послали вначале в небо пробные модули, затем модули тяжелой разведки с виртуальным управлением, да так ничего из той техники не вернулось. Хуже всего, как только летательное устройство приближается к туче ближе чем триста метров, у него отказывают любые двигатели.

А уж те летательные устройства, которые опускаются сверху над столицей и даже ее очень дальними пригородами, словно в черную дыру пропадают. На поверхность ни они сами, ни их обломки не падают. Есть предположения, что в виде необычайной облачности сформировались так называемые осколки Лунманских прыжков.

– Такого не бывает, – вырвалось у Танти.

– Как не бывает и подобных вторжений! – логично рассуждал штабист.

 – Ни один корабль не может завершить Лунманский прыжок непосредственно в атмосфере планеты. Да что там в атмосфере! И на очень дальней орбите ничего не получится.

– Причем тут Лунманский прыжок?

– А уже есть первые пленные, допрошенные под домутилом. Все в один голос утверждают, что именно так оказались над поверхностью планеты и непосредственно над Старым кварталом.

Теперь уже Парадорский не восклицал, что так не бывает, а просто с ошарашенным видом сомневался:

– На платформах нет реакторов для разгона, значит, должны быть корабли матки.

А где они?

– Утверждают, что платформы были отделены от маток еще в подпространстве. – Капитан развел руками. – Видимо, ученым Пиклии и в самом деле удалось открыть новое, весьма страшное оружие. Ну… или разработать новые условия по употреблению старых открытий.

– А что еще интересного говорят пленные?

Опять инициативу в разговоре перехватил генерал Энгаль:

– Только то, что их готовили в невероятной секретности.

До последнего часа они не знали, кого будут уничтожать и куда направляются. Хотя их воспитатели ненависть к Реммингам, патриотизм и лояльность к собственному командованию нагнетали постоянно и расчетливо. Только в подпространстве им поставили конкретную задачу.

– Будет ли «вторая волна»?

– Не имеем ни малейшего понятия, – признался генерал. – И это для всех структур самый больной вопрос.