Миссии – избыточны

Но маркиз и не подумал разбираться, сразу сюда отправил… Скотина!

– Так что лучше настройся на бой, – посоветовала ещё одна женщина. – И прислушайся к нашим советам. Иначе не выживешь.

И чужаку ничего больше не оставалось, как смириться и стать на пару часов прилежным слушателем.

Глава 6. Кровавая дорога к свободе

К моменту выхода на ристалище Труммер не только подковался по тактике и стратегии самой низшей воинской касты, но также получил массу общей полезной информации по всему миру. Потому что не умалчивал о своей частичной амнезии и задавал вопросы на любые темы и уточнял любые подробности.

Причём эти расспросы, а точнее ответы на них словоохотливого библиотекаря словно приоткрывали в сознании какие-то ящички и шкатулки с прежними воспоминаниями и вполне разнообразными знаниями.

Например, он попытался выяснить о солнцах на небосводе:

– Почему их три? А не два или четыре? И как они называются?

– Неужели не помнишь? – начал с вопроса добровольный учитель.

– Крутится что-то в голове, словно обёрнутое густым, болезненным туманом, – объяснил Поль.

 – А вот развернуть или сдуть этот туман никак не получается.

– Ладно, мне не сложно… Почему три – это надо у дэмов спрашивать, что сам понимаешь, смерти подобно. Но, видимо, весь ДОМ сразу создавался именно с таким количеством светил. Белое, которое называется Скаль, ходит над горизонтом вокруг нас, по часовой стрелке. Ну разве что над океаном возле Имений оно приподнимается чуть выше. Светит круглые сутки.

Холодное. Второе, голубое солнце Пурьесо двигается по центру или, правильнее, по осевой линии ДОМА, как раз между двадцать первым и двадцать вторым секторами. На небе оно как бы только полдня, а то и меньше, но так кажется из-за гигантских расстояний ДОМА. На самом деле Пурьесо движется туда или обратно две трети суток. Останавливается над Пранным океаном, висит там пять часов, потом движется обратно и перед возвращением висит пять часов где-то над Дикими землями. Поговаривают, что там гигантская пустыня. Потому что тепла это светило даёт достаточно. Ну и третье называется…

– Капир! – воскликнул Поль от озаривших его воспоминаний. – Оно желтое и самое горячее и катится по небу строго над Большой стеной. Строго с востока на запад. Светит только девять часов. Остальное время опускается за край мира справа, точнее – за край Пранного океана. Затем утром встаёт слева, на востоке.

– О! Твоя память идёт на поправку! – порадовался библиотекарь.