На родном Оилтоне

Ведь сдать ее сейчас весьма проблематично. Уничтожить – явная глупость. А пока буду возле нее сидеть, тщательно просмотрю протоколы допросов, которые Алоис насобирал за два сеанса. Там масса интересных деталей.

– Каким образом доберешься в нужное место?

– На такси. Сбивая любую слежку другим внешним видом.

– До сих пор поражаюсь невероятным умениям Бульки. – Николя потрогал меня за оттопыренное немного ухо восхитился: – Ну как живое!

«Это он о ком?» – сразу же в моей голове забурчал голос довольного риптона.

– А вот товарища нашего обижать не стоит! – сделал я выговор Николя.

И тот сразу же поправился:

– Виноват! Я хотел сказать «как настоящее»!

– А кто в твоем номере останется? – поинтересовался у меня граф Шалонер. – Я, что ли?

– Останется Николя. Он хорошо голоса имитирует. Если что, гаркнет через дверь. Заодно выспится на приличной кровати, отъестся…

– И ванну приму… – мечтательно протянул наш подпольщик. – А то запах от меня, как от крысы!

– Смотри только не спи в ванне! – Мы все знали об этой его привычке – часами дремать в теплой водичке.

 – А то наглотаешься пены…

– Командир, я ведь и сонный лучше тебя плаваю! Даже в пене! – не преминул похвастаться Николя.

– А ты, Цой Тан, – на свое рабочее место. Старайся, как и раньше. Ты у нас теперь элита общества, так что живи помыслами этой элиты, ее делами и чаяниями. И слухами тоже. Или уже надоело?

– Пока нет. Если честно! – тут же ответил подставной граф Шалонер. – Да и льстит мне подобное положение, чего скрывать…

– А как же флора и фауна? – съехидничал Николя.

– Ради них с удовольствием брошу графскую работу! – воскликнул Цой Тан. – Лишь бы мизерный стартовый капитал для первой экспедиции наскрести!

– Будет тебе капитал! – пообещал я. – И очень даже мизерный. Вот только покончим с этой заварухой… Кстати, Николя: что за обещанные приятные новости на десерт?

– Малыш вчера утром забрал Армату из госпиталя. Тот почти в боевом состоянии и готов приступить к выполнению любого задания.

А сегодня в обед они подобрали и профессора Сартре. Наш светоч науки находился в весьма неприглядном месте, и пришлось его вырывать с небольшим боем. Обещали подробности позже. Ибо сразу же совершили лунманский прыжок, и в данную минуту яхта Синявы Кассиопейской на всех парах приближается к нашей столице. По расчетам, прибудут, – Николя взглянул на часы, – через шестьдесят часов.

– Здорово! – обрадовались мы все вместе. А я так особенно.