Мертвое море

В той же связке с Борисом, где последний вроде как наставник и учитель, получалось скорей наоборот. Это Алмаз чаще учил и подсказывал экселенсу, Иггельду, Светозарному и прочая, прочая, прочая. А уж сам Найденов, на фоне своего друга, со своими неполными двумя Щитами, смотрелся словно первоклассник возле выпускника профильного университета.

Тем более что в последние дни ящеренок усиленно делился знаниями именно с обоими землянами, и невероятность этих знаний, их жуткая грандиозность поражали Леонида до глубины души.

Именно поэтому он и сам прекрасно понимал, что его запрет – не более чем пустой звук для будущего мессии, оракула и светоча цивилизации ящеров.

Но все-таки заявил с угрозой:

– Только попробуй ослушаться! – и весьма удивился, когда услышал в ответ:

– Хорошо, сам туда заглядывать не стану. А вот вместе с тобой – запросто. Давай только на десяток секунд заглянем туда и сразу же обратно.

Точка перехода там весьма удобная, она же ведет обратно. Ну и самое главное, мне кажется, что передаваемые оттуда картинки ложные. Нет там никакой войны.

– Ага! Тебе уже раз показалось! – вспомнил Найденов о ловушке в подземельях одного из городов, где ящеренок влип в каменную толщу. – Еле тебя выковыряли из стены, за которой якобы пировали вместе наши с тобой соплеменники и чиди.

И лягушки тебя тогда чудом не съели!

– Нет, тут совсем другое… Вот сам убедишься! Давай, не тяни!

Леонид и слушать не стал, наоборот, удалившись от исследуемого портала, а потом и поднимаясь к самой верхней ступени:

– И не проси! Пока Борис не вернется – никаких необдуманных действий! Лучше посмотри, что на той стороне данного портала творится. Может, нам пора в этот МММ наведаться?

Но ящеренок и не думал соглашаться с разумными доводами.

Слевитировал с руки человека, резко усилил свой писклявый голосок и вознамерился добиться своего во что бы то ни стало.

– Мне немедленно надо в мир Книги! Вплоть до того, что отправлюсь туда сам! Но если со мной что-то случится, это будет твоя вина!

Внутренне Леонид растерялся от такого шантажа, но внешне старался придерживаться выбранного поведения.