Невменяемый скиталец

Только в тот момент нам повезло больше, мы уже находились среди ходячих выздоравливающих и смогли наблюдать за переломным моментом нашей истории как зрители первого ряда. Именно поэтому нас и привечали в каждом населенном пункте Кремниевой Орды.

– Хм! Ортензия, может, и в самом деле купить такого очевидца?

– И не сомневайся! – подтвердила подруга выбор герцогини. – Он тебя хоть немного утешит.

Но Вилейма обратила внимание на стоящего рядом Зарината:

– Это и есть твой друг?

– Да.

– Почему он так странно смотрит и молчит?

– Увы, ваше сиятельство, во время нашего последнего побега от пиратов он вышвырнул за борт десятерых, но и сам был оглушен коварным ударом сзади.

Вот только недавно встал на ноги. Но он крепкий, очень крепкий.

– Ха! Только ущербного раба мне не хватало. Хотя ты сказал, что он силач?

– Несомненно! – с дурманящим собственные мозги восторгом продолжал нахваливать «товар» Дельфин. – Может, сейчас он и ослаб после травмы, но его руки запросто гнут подкову похаса.

– Ну, это ты загнул, парень! – под хохот остальных выкрикнул один из самых суровых мужчин охраны прелестных всадниц.

– Нисколько, господин! Дайте только подкову!

Тут же по площади пошел клич, и желаемый предмет вскоре оказался в руках у Уракбая. Он некоторое время поспрашивал своего приболевшего после травмы друга, и тот согласился исполнить свой коронный номер. Ухватился, переставил удобно пальцы, поднатужился и согнул подкову своим обычным мастерским усилием. Да так и не услышав восхищенного гомона собравшейся толпы, рухнул на дощатый настил: перенапряжение после недавней травмы сыграло весьма негативную роль.

О чем и бросился во всеуслышание напоминать обеспокоенный Дельфин:

– Он ведь всю ночь провалялся без сознания! Бедный! Вот и сейчас перенапрягся!

– Однако! – герцогиня покрутила своим очаровательным носиком. – Да он силен как бык! Будет у меня бороться с кабанами на малой арене! Беру обоих!

До этого молчаливо взиравший на всю сцену представитель пиратов с вожделением потер руками:

– Тогда сразу и поторгуемся, ваше сиятельство!

Понятно, что такие вдруг ставшие знаменитыми и сильными рабы могут стоить как минимум в три раза дороже.

Да только прелестная Вилейма и не думала торговаться. С невероятным апломбом она повернулась к юнцу из свиты и усиленным магией голосом процедила:

– Заплати четыре золотых! Именно такую цену мне назвали совсем недавно за любого раба с этой стороны.