Оскал фортуны

 – Тебе противна моя молодость? Ты отвергаешь мою красоту? И ты не питаешь в своём сердце даже капельки благодарности за мои усилия, риск и раны? Ха! Да кто ты после этого?!

Пришелец виновато опустил голову:

– Если бы я знал…

Но когда услышал быстро удаляющийся стук каблучков, резко вскинулся и в душевном волнении только и смог прохрипеть:

– Роза, постой! Давай поговорим!

Но девушка никак не отреагировала на эти слова. Перед выходом она остановилась, достала платочек и тщательно вытерла все следы слёз, потом выскочила из лаборатории и так за собой хлопнула дверью, что всё здание вздрогнуло, а кое-где по углам наверняка появились трещины.

А его святость, высший проповедник монастыря Менгары осторожно присел на стул и словно в трансе пробормотал:

– Ну и что я наделал?..

Глава восьмая

И море слёз

Гром Восьмой только отъехал от столицы королевства в сопровождении своего гвардейского воинства, как ему навстречу попался посыльный с севера.

Воин скорей всего спешил с хорошими новостями, потому докладывал бойко, что с прорывающейся на уста улыбкой:

– Ваше величество! Окружённые войска империи Сангремар готовы к капитуляции. Но они очень опасаются за судьбу прекрасных наложниц и поставили единственное условие – разоружение и пленение должно проходить только под вашим личным контролем.

– Ха! Какое совпадение! – засмеялся король, поворачиваясь к своим приближённым. – Я ведь как раз для этого в ту сторону и направляюсь.

– А если это ловушка? – высказался один из военных чинов.

– Вот мы на месте и разберёмся! – пообещал правитель Чагара. – Вперёд!

Конечно, в сопровождении целой тысячи таких отборных и великолепно вооруженных воинов монарху было нечего бояться. Да и животные для верховой езды подбирались под стать бравым гвардейцам, а под седлом у короля гарцевал самый красивый и выносливый скакун. Тысяча всадников продвигалась в неспешном, щадящем режиме и уже ближе к полуночи приблизилась к тому месту на побережье, куда идущая на прорыв волна имперцев отступила после столкновения с северной группой союзных войск.

Первая отчаянная атака агрессоров захлебнулась в собственной крови, и оставшиеся в живых Львы, в количестве около пяти тысяч, теперь прочно засели в скальном образовании в глубине береговой зоны. Как раз в том самом месте, где, по странному совпадению, Менгарец выбрал место для строительства порта-крепости.