Оскал фортуны

– Когда вас везли сюда, вы наверняка заметили горы трупов, которые тысячами продолжают выгребать из осколков плотины, обломков осадных башен и толстого слоя наносного грунта. Волна перемолола всё и всех. А ваш император находился возле самой плотины и попал под удар самым первым. Скорей всего от него остались только неузнаваемые куски мяса, как и от доброй трети его армии.

Второй рыцарь сделал попытку улыбнуться:

– Насколько я понял, ваш Монах Менгарец остался жив?

– Да. Его в самый последний момент подхватила в воздух огромная птица, наподобие гигантского орла катарги.

– Ну вот, раз он спасся, то и император Гранлео тоже мог спастись.

– Все видели, как его накрыла волна…

– Это ещё ничего не значит! – с нескрываемой злостью заговорил рыцарь. – Мы все прекрасно знаем, что Гранлео бессмертен. Поэтому, пока мы не увидим его опознанный труп, наша присяга остаётся в силе. И никто никогда не сможет обвинить керрангов в нарушении присяги!

Тербон удивлённо пожал плечами:

– Первый раз слышу о каких-то керрангах.

Оба рыцаря воскликнули почти синхронно:

– Керранги не бывают рабами!

– Как же не бывают? А сейчас вы кто? Самые настоящие рабы! А когда поработаете на карьерах пару месяцев, то ещё и не то запоёте.

– Нет, рабами мы не станем! Лучше смерть!

– Ага, значит, вы так рабски любите своего императора, что готовы даже после его смерти погибнуть под пытками?

– Присяга – превыше всего! – выкрикнул один из рыцарей, и, судя по плотно сжатым губам обоих, они решили молчать до самого конца.

– Ладно, – тяжело вздохнул генерал. – Как воин я уважаю ваши принципы. Но как патриот своего королевства и командир своих солдат, я обязан знать о врагах всё. Поэтому ухожу, а вы остаётесь в руках палачей. Прощайте!

Он ещё немного постоял, надеясь, что рыцари одумаются, потом пожал плечами и вышел. Через некоторое время в подвал вошло сразу четыре дознавателя в окровавленных фартуках, и один из них деловито приказал своим коллегам:

– Вы двое, тащите вот этого в другой подвал.

Рыцари только и успели переглянуться между собой и с содроганием попрощаться многозначительными кивками. На голову каждому накинули ужасно воняющую тряпку, и они стали дергаться в удушающих конвульсиях.