Призрачная погоня

Ну и сам старался действовать с максимальной интенсивностью. Отправил собаке последнюю порцию искренней дружбы и кровного братства и медленно отодвинулся назад на десяток метров, где присел за сугробом возле перекосившегося соседского забора. На его фоне, да при таком снегопаде, меня и с пяти метров никто не рассмотрит толком. Зато я сам попытался.

В это самое время Хриплый обошёл дом по всему наружному периметру, затем открыл калитку и пересёк дорогу поперёк. Внимательно под ноги присматривался, по сторонам тоже вглядывался, словно хищный зверь.

Имей он собачье обоняние, наверняка меня бы унюхал. До моих следов он не добрался метров пятнадцать, так что в итоге и не смог рассмотреть. Зато я его уже рассмотрел отлично. По голосу казалось, что он худой, чахоточный, а оказался боровом с красным лицом и свисающими на воротник полушубка щеками. Этакий сеньор Помидор-Поросенко в собственном соку.

Судя по действиям – весьма исполнительный тип. Судя по отношению к собаке – та ещё злобная и ленивая гнида.

Ещё ничего не зная о его характере и виде деятельности, я его уже ненавидел по возможному максимуму.

Ещё с минуту Хриплый стоял на дороге, внимательно прислушивался. Потом включил устройство связи на передачу:

– Никого и ничего, – сделал короткий доклад и тут же получил разрешение:

– Ладно, иди в дом! Чуть позже я сам вместе с Блачи пройдусь по окрестностям.

Толстяк ушёл, плотно, похоже, что на замок, закрывая калитку. Ещё и подпёр чем-то.

Чуть позже легонько скрипнула дверь в сени, послышался топот ног, присущий сбиванию снега с обуви. Затем вторая дверь хлопнула, уже в саму светлицу.

И я вполне вольготно двинулся к дому, только не к воротам, а к тому участку забора, который закрывал дальний угол здания. Постоял, дождался, пока с той стороны не появится овчарка. В самом деле, большая и умная: просто глянула на меня, вильнула хвостом и словно вздохнула с грустью и печалью. Мол, понимаю, что ты здесь хозяин и прошу прощения, если что не так.

Я за всех остальных не отвечаю.

– Ладно, Блачи, подружимся… – пробормотал я, сбрасывая валенки, чтобы не мешали, и грузно перелезая через забор. – Только что тут твои хозяева делают?

Овчарка опустила голову и поджала хвост. И я бы в тот момент не удивился, если бы она заговорила: «Не приведи господь таких хозяев иметь!» И хоть старался я о плохом не думать, всё равно при воспоминании о дедушке Назаре сердце заныло.