Призрачная погоня

Поэтому пытался с бешеным напряжением всех мозговых извилин рассмотреть создавшуюся ситуацию со всех сторон и принять такое решение, чтобы потом не мучиться угрызениями совести. Ну и вызовы продолжал с маниакальной настойчивостью посылать Второму. Только уже догадался, что занятие сие бесполезно, придётся рассчитывать на свои силы.

И в то же время продолжал общение, если так можно назвать наш странный диалог с господином Яковчуком:

– Ты с пистолетом-то не балуй! Лучше вообще убери…

– А то что?

– Иначе за каждую мою руку или ногу вас всех тут по двадцать раз четвертуют.

– А одного раза не хватит? – скривился угрюмый майор.

– Мало. Будут после каждой смерти склеивать, оживлять и вновь четвертовать.

И тут новый вопрос меня шокировал:

– Так ты тоже из этих будешь, из сатанистов?

– Опа! А это кто такие? И за кого ты меня принимаешь, майор? Мало того, за кого ты принимаешь хозяев этого дома?

– А вот с этим мы сейчас разберёмся.

– Сам не отдам. «Или» – тоже у вас не получится! – оборвал я его строго. – Потому что…

В следующий момент я непроизвольно вздрогнул от неожиданного прикосновения к моей левой руке. Сердце опасно бабахнуло в груди, зато сознание пронзило радостное понимание происходящего:

«Серпанс! Услышал-таки мой призыв! Ха-ха! Живём! Сейчас мы этим козлам устроим весёлую жизнь! – и уже непосредственно, отдавая распоряжение квазиживому существу: – Первым делом лишить сознания и подвижности человека, который ведёт наблюдение на улице! Желательно так, чтобы он не замёрз за короткое время! Затем быстренько возвращаешься сюда и делаешь всё возможное, чтобы обезопасить от любой опасности извне всего трех человек, закрытых в малой спальне.

Серпанс тут же умчался, я непроизвольно выдохнул с облегчением. Теперь только и следовало немного потянуть время.

Мои телодвижения, эмоции и вздохи не остались не замеченными майором. Он аккуратно сместился в сторону, чтобы между нами не оставался стол, и демонстративно прицелился мне в ногу:

– Что за манипуляции?! И кого ты там гладил? – Заметил, гад, движения моей руки.