Рай и ад Земли. Спасение из ада (сборник)

Проникшие в фойе агенты выбрали позиции и подсуетились как нельзя лучше. Разочарованное, раздосадованное лицо объекта просматривалось как нельзя лучше сразу с двух сторон, и все эмоции и переживания читались как раскрытая книга. Он столько времени так трепетно ждал ее звонка – и надо же было такому случиться, что она позвонила, когда он находился в лифте. Какая неудача! Вновь прослушивание сообщения… Жуткие сомнения: ждать еще два дня! Пристроился у самого окна – опять прослушивает. Задумался… Некоторый проблеск надежды: хоть что-то конкретное! И удовлетворение: все-таки позвонила! Потом самодовольная улыбка: а куда бы она делась! И снова испуг: ждать чуть ли не двое суток! Очередное прослушивание заставило задуматься с немного отвисшей челюстью.

Резко развернувшись, объект скрылся из поля видимости камер, и поймали они его, только когда он входил в лифт. Динозавр возвращался обратно, в офис детективного агентства.

– Все ребята, главное сделано, спасибо, – обратился ко всем начальник. – Оператор остается, все остальные свободны!

Под топот и шелест уносимой аппаратуры к столу шефа пристроился начальник аналитического отдела и, опершись локтями, принял участие в обсуждении:

– Наверняка Торговец отменит всеобщий поиск…

– Ну это и без тебя ясно, – буркнул Павлович. – И к гадалке ходить не надо.

– …А вот пару шпиков, – нисколько не обиделся Казик Теодорович, – для слежения вокруг «Ксанаду» – оставит.

Александра забарабанила коготками по столешнице и дернула уголком губ:

– Да нет, парочкой там не обойдется. На этот раз он постарается узнать обо мне все, до самых пеленок. Что я ем, чем дышу, какие отношения с бабушкой и как с ее помощью увеличить мою сговорчивость. В том числе и старушенцию могут проверить по полной программе. Как наши легенды? Выдержат подобные испытания?

– Несомненно! – заверил старый поляк.

Теперь несколько раздраженно фыркнул шеф:

– Может, не стоило обострять знакомство подобными проверками? Все-таки риск остается, что они откопают какие-то несоответствия. А так бы он тобой увлекся и совершенно отбросил любые сомнения или подозрения.

– Нельзя так делать, Пыл Пылыч, – тоном школьной учительницы возразила девушка.