Рыцарский престол

И отсек все звуки, идущие из демонического мира. Но тут же разочаровано скривился. – Но как плохо, когда вокруг тебя тоже полно Шабенов!»

Потому что демонесса не постеснялась свои выкрики транслировать одновременно и в человеческий мир. Так что вскоре великий Загребной постыдно сдался. И с раскрасневшимися щеками стал бегом выносить на террасу не только свой багаж и амуницию, но и баулы своей благоверной демонессы. И вскоре уже на террасе возвышалась гора, явно по здравому размышлению превосходящая обусловленный багажом суммарный вес в триста пятьдесят килограммов.

Поэтому Федору пришлось применять фильтрацию, откидывая все, по его мнению, ненужное.

Хорошо еще, что тумблона тоже пришлось оставить вместе с его клеткой и запасом корма. Как ни хотелось бы иметь уверенную связь с Виктором, но ведь тогда пришлось бы взять пассажирами и стариков, приручивших животное. Да и повелитель Иллюзий сразу категорически заявил:

– Зверушка помрет от перепадов давления.

– Откуда ты это взял? – засомневалась Люссия.

– Оттуда! – Он манерно постучал ногтем по своей прозаической на вид короне. – Когда-то тумблоны были духами и жили в эфирном слое. А потом адаптировались к миру людей. Ведь у вас их нет.

– Точно, – обиделась демонесса. – Несправедливость!

Но пока средний сын отвернулся в сторону по какому-то вопросу, Семен успел нагнуться к соблазнительному ушку и шепнуть:

– Зато в вашем мире есть такая очаровательная и непревзойденная красавица, как ты.

Счастливая улыбка в ответ доказала, что недавняя ссора и ругань по поводу участия Люссии в путешествии благополучно забыта.

Наверное, это помогло Загребному расслабиться и более здраво, взвешенно подойти к проблеме реорганизации и передислокации расположившейся в Хаюкави армии рыцарей. Столица хоть и готовилась к Большому турниру и к празднованию возрождения империи Иллюзий, но оставшиеся без прямого командования романтические воины, не ровен час, все здесь разнесут по камешку.

Даже королева Сагицу Третья с такой оравой озабоченных мужиков не справится. Федору они тоже оказались не нужны, ему вполне хватало весьма симпатичных и более преданных духов. Поэтому следовало дать рвущимся в бой тритиям хоть какую-то задачу, поставить пер ед ними хоть какие-то далеко идущие, перспективные цели.

Вот граф Фаурсе и поставил. В Большом турнире участвовать разрешил, но с условием, что не больше чем один-единственный представитель от тритии.