Шагнуть в неизвестность

Да только никого взамен не назначили, вот и приходится на общественных началах деревней заниматься.

Всех последних новостей и местных пертурбаций я не знал, так что в ответ лишь пожал плечами да развел руками. Мол, времена такие. Хотя и от вопроса не удержался:

– А чего нашей Лапой заниматься? Тишь да благодать, да три десятка божьих одуванчиков проживает.

Когда-то участковый сам так любил называть всех людей пенсионного возраста, поэтому постарался обиду не показать. Хотя она и так ощущалась в его словах:

– И не три, а почитай пятьдесят человек живет.

Да и приезжие к нам летом как по воду святую прутся. Чай, места у нас наилучшие по чистоте своей да целебности.

– Это точно, дядя Петр, – согласился я, пытаясь обойти внештатного теперь участкового по кустам и продолжить путь. – Ладно, счастливо!

Но он опять перекрыл мне путь своей огромной ручищей:

– Постой! Ты тут никого не видел из чужаков?

– Да нет! А что случилось?

– К Вакулине сын с невесткой приехал, ну и пошли вчера в лесочек прогуляться.

Дело молодое, прилегли на травку, целоваться начали, а потом того грибника и заметили. Шибко подозрительным он им показался.

– Ну, мало ли тут таких ходит, – старался ответить я с полнейшим равнодушием, хотя внутри что-то екнуло, а сердечко затрепетало как сумасшедшее.

– Да ты Фрола должен знать, он года на четыре тебя всего старше, с сызмальства здесь и даже каждого чужака в лицо знает. А этого в первый раз видел.

– Откуда и куда тот направлялся?

– Со стороны скал, куда-то в эту сторону.

Я постарался за смехом скрыть свое растущее напряжение.

– Ну и что здесь особенного? Всегда кто-то новенький в наши края забредает.

– Да в том-то все и дело, что вчера в то же самое время еще одна странность приключилась, – решился участковый на полное разглашение обстоятельств. – Все семейство Моховых сюда за беляками подалось. Потом хвать – а ни старика Степана нет, ни обоих внуков. А тем – одному тринадцать, другому пятнадцать. Заметались по лесу, паника полная, орут как резаные.

Хорошо, что еще один наш деревенский на шум подтянулся да и говорит: «Видел я Степана на опушке, домой он шел с внуками». Моховы бегом в деревню, а все три пропажи сидят на лавочке во дворе да головами во все стороны вертят. Как из лесу шли да что их на это вдруг подвигло – ничего не помнят. Почти! Потому как самый меньшой, тот, которому тринадцать, смутно припомнил, что их домой заставил идти тот самый грибник, по описаниям похожий на виденного Фролом.