Сбой реальности

Дана проследила за его бессмысленным взглядом, который как раз упирался в служанку-очаровашку, принесшую на подносе десерт, ехидно фыркнула и наподдала раненому легкий подзатыльник.

– Ты у меня «пощупаешь»! Не просто на костылях на прием попадешь, а вообще на носилках!

Но теперь уже общепризнанный балагур и весельчак отбросил свое уныние в сторону, на глазах принимая роль шутника и любителя хохмить:

– Не понял! Раньше я у тебя не раз «щупал», и ничего, жив остался.

– Невоспитанный нахал! – пряча улыбку, буркнула Дана и под смешок товарищей набросилась на свою порцию десерта.

В итоге всем коллективом приняли решение идти во дворец в парадной форме своего родного мира. Тем более что и поводов надевать эту форму предоставлялось крайне редко за всю карьеру элитных русских воинов. А эту форму Торговец прихватил вместе со всем резервным снаряжением, которое «третья» держала на одной конспиративной квартире, о которой не знали даже в конторе. Не рыцарские, конечно, латы и доспехи, но тоже стыдно не будет.

Так что в период подготовки к вечернему приему все только и занимались, что приведением своего внешнего вида в идеальный порядок. Ну и по очереди, минут на сорок каждый, уединялись в своей комнате с пресловутым учебным пособием в виде среднего по размерам чемодана.

Результаты тестов у всех оказались удручающими. И когда коротко сошлись для подведения итогов, все товарищи посматривали на немца как на истинного героя. Против его восемнадцати ошибок у других показатели выглядели воистину смертельными для любого минера: Петр – сорок шесть; Василий – пятьдесят четыре; Сильва – пятьдесят семь: Дана – тридцать девять.

И то целительница сразу честно призналась, что она использовала свои новые возможности по просмотру в неживом веществе энергетических каналов и мизерные наметки на эти каналы. Вот потому и вышла на второе место.

Зато теперь немец с гордостью мог посматривать на своих товарищей.

– Так это у кого руки трясутся с похмелья? Учитесь, пока я добрый: точным надо быть, расчетливым, вдумчивым и каждое движение выверять скрупулезно.

– О! Наш великий гуру! – не преминул возможностью поерничать Петр. – Только тебе позволительно учить заблудших, ибо сам ты лишь восемнадцать раз «взлетел на воздух» или «был разорван в клочья»!

Так на эту тему они и спорили впоследствии, уже отметившись, а потом и ожидая своего вызова в кулуарах императорского дворца.