Спасение рая

Итак?

– Да мы уже согласились и заказали все необходимые продукты, – деловито доложил настоятель. Но сразу спохватился и полез в карманы своих одежд. – Вот только денег тут слишком много оказалось.

Он протягивал Светозарову пакет с банкнотами в пятьсот евро. Но тот даже не глянул на деньги.

– Еще и мало будет. Но раз вы дали единодушное согласие… – Он сделал паузу и посмотрел в глаза каждому из присутствующих монахов. Кажется, осмотр его удовлетворил, потому что он торжественно продолжил: – То отныне ваш монастырь, который по невероятному совпадению называется обитель Желтых Грез, становится всемирным центром высшего целительства.

А легенда для всех любопытных будет такова: некоторые дети, побывавшие здесь или пожившие неделю, обретают дар видеть любую болезнь и даже влиять на ее устранение. Ну, или что-то в этом роде, по ходу событий дети сами решат.

Легенда казалась умопомрачительной, пояснения к ней – невероятными, а будущее данного монастыря могло показаться любому слушателю нереальным.

Глава пятая

Беглец

Павел Павлович никогда себя раньше не мог представить на месте униженного изгоя или бесправного беглеца. Но именно таким он себя сейчас и чувствовал. Впервые в жизни он боялся по-настоящему и ощущал пупырышки по всей коже от леденящего страха. Причем моральный дискомфорт во много раз превышал боль физическую, волна от раненой ноги перекрывалась в организме цунами дикой злобы и панического ужаса. Практически с самого момента провала в нижнее подземелье он растерялся, потерял сознательный контроль над своими чувствами и действовал только на внутреннем резерве силы воли и так называемом автопилоте.

Именно «память тела», доведенная ветераном до автоматизма, его и спасла.

Невзирая на боль и кровоизлияние в месте ранения, он доехал, лежа на тележке, по подземному тоннелю до упорного тупика, взбежал по узкой лестнице на высоту семиэтажного дома, ибо лифт на этом резервном пути отхода отсутствовал, и попал в небольшой ангар с двумя автомобилями.

Причем бросился заводить не роскошный и мощный внедорожник, бросающийся в глаза своей дороговизной, а с надсадным хрипом и выпученными глазами запустил мотор бензинового «фольксвагена». И только потом, под несколько успокоительное урчание мотора, перетянул рану тугим бинтом и стал одеваться. Полную наготу исцарапанного на плечах и бедрах тела прикрыли несуразные брючки и простенькая, невзрачной серой расцветки майка.