Уникумы Вселенной

Все замельтешили, забегали, пытаясь успеть в последние минуты доделать несделанное. А принц, подойдя к Вителле и обняв его за плечи, сказал:

– Ну вот! Осталось полчаса… И мы ее увидим.

– Принцессу?

– Да. И наша жизнь примет конкретные очертания.

– Наша или ваша?

– И моя, и твоя! Или ты не рад моей помолвке?

– Рад, конечно. – Они так и пошли к выходу в обнимку. – Тем более что тебе давно пора жениться.

– И это ты говоришь, мой лучший друг? – Бутен укоризненно посмотрел в глаза Вителле.

– В этом же нет ничего плохого. У тебя появятся детки, и я буду их учить читать и писать…

– Благодетель нашелся! А что ж ты сам деток не заведешь?

– Так мне же не нужны наследники. Человек науки, в отличие от императора, должен полностью отдаваться только знаниям. Семейственность им не присуща.

– Ах, какой святоша! Помню, в юности ты не пропускал ни одной юбки.

– И зря! Лучше бы я больше окунался в реку знаний, чем в омут распущенности. Столько времени пропало даром!

– Ого! Сколько пафоса и самоотречения – и все для науки! Но я за тебя возьмусь, и ты даже не подозреваешь, как скоро!

Они спустились по лестнице, прошли по коридору, заполненному шумом и кланяющимися придворными, и вошли во второй по величине дворцовый зал – зал торжественных церемоний.

Подскочили распорядители и организаторы со своими последними инструкциями и окружили принца. Но тот успел крикнуть Вителле:

– Не вздумай покинуть меня в трудную минуту, будь рядом!

Поэтому декёрл, подойдя к верховному жрецу Райгду, который уже находился на возвышении, предназначенном для духовенства, спросил:

– Ваше святейшество! Не возражаете, если я буду находиться не с вами, а в свите принца?

– Не возражаю и даже рекомендую!

Райгд в своих раззолоченных, усыпанных бриллиантами, ослепительно сверкающих одеждах возвышался над целым сонмом разряженных жрецов высшего ранга.

На церемонии помолвки обязаны были присутствовать только родители жениха, его ближайшие друзья, подруги невесты и высшее духовенство.

Так как император Дайви был прикован к постели тяжелым недугом, а императрица давно умерла и почивала в императорской усыпальнице, то и вся многочисленная императорская свита тоже отсутствовала – официально. Однако просто прийти и посмотреть на принцессу никому из придворных не возбранялось. Поэтому зал был забит до отказа. Пустовали только места, отведенные для молодой суженой и сопровождающих ее лиц.