Обладатель-сороковник

Его и в самом деле пришлось вынимать из ниши с огромным физическим напряжением всех десантников.

– Не столько по тяжести сужу, как вижу своими умениями. Какие-то трубы, цилиндры, разной длины и толщины…

– Оружие?

– Понятия не имею. Может, и оружие, а может, и части некоего разобранного устройства. Пока не достанем, не поймём.

– Как доставать собираешься? – забеспокоилась археолог. – Блок янтаря – единое целое…

– Ну и что? Насколько я помню, подобным окаменелостям в природе – миллионы лет.

– Есть и ещё моложе, – показывала себя знатоком Нефёдова. – Около пятнадцати миллионов лет.

– Неважно. В любом случае ты же не станешь утверждать, что это тело тут лежит такой невероятный период времени? – Историк кивнула. – Ну вот, значит, заливали жидкую смолу, а потом её как-то доводили до состояния камня. Следовательно, возможен и обратный процесс. Но для начала давай определим правильный возраст захоронения. По янтарю установить получится?

– Несомненно.

– Тогда давай отколем приличный кусок для анализа…

И в следующий момент телесный фантом Надежды повис на руке у обладателя. Тот хотел молотком попросту отбить угол у находки, но не получилось. Ещё и нелестные слова в свой адрес услышал, обвинённый в хулиганстве, поспешности, несдержанности и прочем подобном несоответствии. Оказывается, для анализа Нефёдова уже насобирала мелкие «брызги», налипшие на гранит, а портить целостность всего окаменевшего образования у неё рука не поднималась.

Приходилось взывать к её логике:

– Всё равно рушить придётся, чтобы кости достать и все эти трубки выковырять. Потому что нашими фантомными силами такую тяжесть мы в лабораторию не доставим.

Археолог и сама это понимала, но всё равно разрушение такой находки для неё казалось кощунством. Она чуть ли не со слезами принялась уговаривать:

– Иван Фёдорович, дорогой! Пойми же, насколько великое чудо мы отыскали! Его ну никак нельзя разбирать на составные части! Вплоть до того, что можно завал постепенно в тоннеле расчистить и всё-таки доставить блок на поверхность в монолитном состоянии.

– Зачем?! – уже нервничал Загралов. – Чтобы на него смотреть и «руками не трогать»?! Тем более что трубки мне в любом случае будут нужны для исследований и попыток понять, что же они собой представляют. Делиться этим добром с мировым сообществом я пока не готов.