Жемчужный орден

– Чем же ты ощущаешь падение, ведь глаза у тебя открыты? Видишь нас хорошо?

– В том-то все и дело, что начались странности со зрением. Все вдруг становится зыбким и нереальным, пытаюсь при этом зацепиться взглядом хоть за что-то, но все равно падаю, словно под землю. Хотя тело четко сигнализирует, что я в прежнем положении. А за стол хватаюсь скорей машинально.

– Хм… может, пройдет? – озабоченно предположил Шеслан Тулич и тут же отметил у своего собеседника очередной приступ непонятного состояния. Тогда он быстро повернулся к асдижону: – Бриг, это место ничем странным не славится?

Тот, пристально уставившись на побледневшее лицо Кремона, настороженно ответил:

– Да вроде нет…

– Может, здесь есть сверхглубокие пещеры?

– Кажется, есть некие катакомбы, но они всегда заполнены водой.

Ведь озеро совсем недалеко.

– Исследовали эти катакомбы? – с непонятной настойчивостью продолжал интересоваться Шеслан. – Я имею в виду твоих коллег, которые ведают подводными поисками.

– А, – улыбнулся асдижон, – те любую норку с водой давно на карту нанесли и дно прощупали.

У них надо спрашивать. Но с ним-то что?

Невменяемый шумно выдохнул и с укоризной скосил взгляд на врача:

– Ничего, все в порядке. Просто люблю иногда развлечься отделенным сознанием, пошарить на всякий случай вокруг. Веселитесь, не обращайте внимания.

Как раз в тот момент все в зале заметно оживились, музыканты заиграли веселую мелодию, и Мирта в кокетливой позе уже стояла перед асдижоном, приглашая того на танец.

Поэтому Бриг Лазан тут же забыл обо всем, обнял гибкое женское тело за талию и поспешил на свободное от столов место. Бабу, Алехандро и Такос обступили вторую даму из их компании и задорно предлагали выбрать одного из них для танца. Девушка при этом кротко и жалостливо посматривала в сторону притихшего Кремона. А на того опять насел с градом вопросов настойчивый профессор медицины:

– Голова болит? Живот сводит? Почему дышишь так тяжело? Звук не пропадает? Не тошнит? Вкусовые рецепторы работают?

Некоторое время на двоих беседующих Эль-Митоланов совсем не обращали внимания.

Лишь когда музыканты сделали перерыв, а раскрасневшиеся сотрапезники вернулись за стол, заказав перед тем новый кувшин перлантского, полковник погранвойск тоже забеспокоился:

– Дружище, чего же ты не пьешь?

Невменяемый попытался отшутиться:

– Мне хватит, и так перебрал.

Вот только смех в ответ прозвучал слишком озабоченный и неискренний.