Жестокая Фортуна

Выходили они на бой, не имея с собой ни крошки продуктового запаса, ни фляги или ёмкости с водой. Также никаких посторонних вещей или мелочей личного характера. Только одежды из крепкого льна и иного непонятного материала и рыцарское облачение.

Иные наблюдения тоже имелись и собирались веками: зубы – вполне нормальные, как для обычного человека, порой отсутствовали, порой виднелись больные. Старше чем в сорок лет никто из гномов в атаке не участвовал. Судя по остаткам пищи, найденным в слишком уж распоротых животах, употребляли подземные жители и свежую зелень, и фрукты, и мясо с хлебом.

Хотя большую часть рациона составляли всё-таки грибы. Значит, и у них среди гор имелись некие долины с садами и огородами.

Вот и все догадки да выводы.

– А поговорить вы с ними пытались? – упорствовал в расспросах Виктор. – Причём не с пленными и не перед началом боя, а именно выкрикивая в те места и расщелины, откуда они пытаются к вам подобраться?

– Постоянно пытаемся выйти на разговор, – стал пояснять Кхети Эрст, который, оказывается, частенько стоял во внутреннем дозоре непосредственно возле горных тоннелей.

 – Это у нас уже вошло в ритуал. Как только начинаем слышать скрежет и шебуршание, сразу туда направляем рупоры и твердим как сумасшедшие: «Мы не хотим с вами воевать! Давайте жить в мире как добрые и порядочные соседи!»

– И хоть раз откликнулись?

– Ни разу за всю нашу историю.

– Кстати, а нападать они стали сразу с первого же дня поселения здесь общины?

Аборигены задумались.

Даже самый старший среди них так и не смог ответить конкретно на поставленный вопрос:

– Надо у старшин спрашивать…

– Да я готов! – тут же откликнулся пришелец, обращаясь к Кхети: – Пошли?

– Запретили появляться и беспокоить, – скривился охотник. – Сказали, что сами вызовут, когда время придёт.

– Ну а хоть посёлок и остальные строения осмотреть можно? – не хотелось Виктору терять время, ведь задавать вопросы и разговаривать можно и на ходу.

Все пятеро мужчин посовещались, и Большой Сухарь решил: можно. Так всем гуртом и отправились сопровождать гостя, который сам нёс на плече свой огромный двуручник, посматривая по сторонам, чтобы не срезать ненароком кому-нибудь голову.

Менгарец уже знал, что посланный к Уйдано Лайри связной вернётся не ранее завтрашнего вечера, и сразу смирился с нахождением здесь ещё как минимум двух дней.