Лучник. Книга пятая. Часть 2. Под созвездием Волка: Звездный Бродяга

Что это было? Он не раз сталкивался с мыслью, что его жизнь четко делится на два периода: до встречи с Лучником и …. Второй период полностью изменил его жизнь и его самого. Еще одна неожиданность: став Командором, и, фактически, поднявшись до вершин власти, он неожиданно понял, что жизнь идет к завершению: пришли иные ценности, ориентиры. Пришел ЛУЧНИК. И все изменилось.

Наверное, или всего скорее, он не смог бы так гореть, не смог бы ….

И все же Воррн остался на месте.

Зато, Лучник ….

Все-таки он умер. Душа медленно отделилась от тела, и… истаяла в полумраке отсека.

***

Что за диво: меч раскалился добела, но руки еще способны удержать его над головой. И подумать только: от жара один за другим вспыхивают предметы инкрустированой золотом и самоцветами мебели, и одежда на Строгоре дымится, но он все еще жив.

Прикрываясь всем, чем можно, от огня, Драм и его охрана, залучив Уриту в крытую повозку, удирают прочь от столицы. Строгор отрешенно смотрит им вслед, и даже удивление, что как на ладони видит их искаженные от страха лица, оказалось таким же отрешенным.

«Где ураники?».

Малышей он не увидел, но если татлатам не до них? Конечно, не до них: Строгор хорошо видел, как серо-зеленая масса пришла в движение, – точнее, в бегство, едва повозка скрылась за хребтом.

И, – этого он мог и не усмотреть,

весьма приметное лицо то ли недоуменно, то ли удовлетворенно смотрело вслед удирающей армии. Тысячеликий?

Это, действительно, был Тысячеликий. Разумеется, в попытке предотвратить неуместное вторжение татлатов он не ожидал, что все так закончится.

Да, Мир с ним, этим бегством, Строгор – главная беда: он снова ушел, и теперь, совсем порушив все ожидания. Это не был огонь, не было пламя, – так рождаются Звезды, а из их, – имя этому – ЯРОСТЬ, – притяжения уже не выйти, даже если очень хочешь. А Строгор, – ощутил Тысячеликий тоскливо, – не хотел, никак не хотел выходить.

И, понимая, что Застава может снова закрыться. Тысячеликий метнулся к Проходу.

Невероятно, но огонь его не удерживал, и… Лучник шагнул из всепоглощающего пламени.

Нет, какое-то время Пламя удерживало его в своих объятиях, а затем выбросило, как отработанное топливо.

С этим ощущением Страт и очнулся на берегу. Почему он не понял этого прежде? Потому что последует следующий вопрос: «А зачем?»? А затем кто-то ответит: «Твой путь замкнулся»?

И что? Это тоже было? Когда?

Неимоверная жара наполовину высушила Черпак, и ….

Этого никто не должен знать.